Камаэль (СИ)

Наконец, послышался недовольный, мощный рык, и Морнемир появился в поле моего зрения, врезавшись в стену и рухнув на пол бесформенной кучей."

"- Говори, мальчик, - дрожащий от гнева голос Виктора показался мне сейчас особенно красивым и манящим - наверняка, он приложил к этому делу чары.

- Дело в том, - мальчишка всхлипнул, а затем видимо поднялся с помощью Виктора, - что учитель говорит про древнюю легенду о павшем эльфе, который последовал путём мести, но был убит, а затем стал проходить в наш мир через сны и убивать тех, кто был виновен в его смерти и несчастьях, а затем исчез. Было старое, древнее пророчество, в котором говорилось, что однажды, когда королей не станет, явится наследник, отмеченный Павшим, и только он сможет бороться со своей тьмой и желаниями, чтобы выбрать правильный путь, поскольку будет отмечен лишь одним крылом. Но сейчас… посмотрите на господина Льюиса. Он и в самом деле почти ступил на сторону тьмы, сейчас его что-то держит от этого - но сила так слаба, что мы её не можем уловить как положено. Учитель Морнемир знает ритуал, который бы спас отмеченного Павшим, но… откровенно его ненавидит, потому как почти весь его род был вырезан в те времена. И…

- Молчи, сопляк! - Морнемир пришёл в себя и поднялся с пола. Он так и лучился ненавистью, и на миг мне захотелось сбросить руку Аэльамтаэр со своего плеча и кинуться на мужчину, чтобы он не смел говорить так, вести себя так, но острые коготки эльфа больно впились в израненное плечо. - Я проведу этот ритуал, но вы все должны убраться отсюда вон и не заходить как минимум сутки. Если будет нужна вода или еда, я позову верных мне слуг. А теперь - прочь отсюда.

- Обещай, что не причинишь ему вреда, Морнемир, - в поле моего зрения появился Виктор. Наспех надетые штаны и накинутая на плечи рубашка, растрёпанные волосы и абсолютно потерянный вид, но глаза его сверкали уверенностью и злостью. - Если ты что-то ему сделаешь, я сделаю всё, что смогу, лишь бы ты умирал долго и мучительно.

Полукровка сощурился и обратил на него взгляд, который был не менее жестоким и уверенным, затем выпрямился и глянул вампиру прямо в глаза:

- Я - эльф. А значит честь для меня прежде всего. Я сдержу своё слово и спасу твою проклятую подстилку, а когда вы наберётесь сил - уберётесь отсюда куда подальше.

- Идёт, - вампир кивнул, а затем, повернувшись ко мне, протянул было руку, но что-то его остановило - я видел, каким мучением это отозвалось на его лице, а затем просто ушёл прочь.

- Прости, Льюис, - прошептал Габриэль мне на ухо. - Ему нельзя было сейчас это делать. Потом. Потом. А сейчас держись, любимый. Я буду поддерживать тебя. Ты только держись.