Камаэль (СИ)

Наоборот - она его будто бы облагораживала, старила, и явно так же была привлекательна. Мужчина держал спину прямо, приподнимал подбородок и имел вид такой же гордый, как и все остальные эльфы, хотя их в своей жизни я повидал всего пять штук. И то четверых - мельком. Но почему-то мне казалось, что все светлые эльфы так гордо держат головы. Одет он был весьма своеобразно, но скорее в восточном стиле. Впрочем, могу ошибиться, ведь учитывая моё расплывчатое состояние. Тёмно-синий с широкой красной каймой халат и таким же поясом был надет весьма небрежно, открывал его крепкую грудь, не тронутую, как у многих мужчин, “шерстью”, и шею. Пожалуй, держался этот халат лишь на плечах мужчины. Широкие штаны-шаровары из того же материала и того же цвета, что и халат мужчины, закрывали его ноги. Босые ступни мягко, но уверенно касались ковра, которым был покрыт пол.

- Добрый вечер, господин, - проговорил полукровка, и его голос мне не показался особенно примечательным - не певучий, не жёсткий, не хриплый, и не гладкий. Возможно, некоторая хрипотца в нём и была, но мне могло показаться. Самый обычный голос. - Как ваше самочувствие?

- Отвратно. Не хотите представиться сперва? - грубовато отозвался я и тут же вновь закашлялся, чувствуя, как внутри, в груди, всё клокочет и першит, не давая продышаться, а затем сплюнул на ладонь второй сгусток крови.

- Морнемир, господин, - представился он, даже бровью не поведя на мою грубость, а затем шагнув ко мне и стерев кровь с губ и подбородка платком, следом усадив к изголовью кровати. - Вам лучше посидеть сейчас так, иначе от кашля не отделаться."

"Он молчаливо поклонился мне и обошёл кровать, затем склонившись над Виктором. Поманив кого-то к себе рукой, он стёр с лица моего брата испарину, а затем как-то излишне-нежно погладил его по волосам, что вызвало во мне внезапную и острую, как клинок воителя, злость и ревность. Когда же к кровати скользнуло трое эльфиек в полупрозрачных туниках, я невольно закрыл открытый было рот. Их соблазнительные прелести были весьма пикантно подчёркнуты, а местами - так вообще почти и не прикрыты. Они стали помогать полукровке перебинтовывать Виктора, и я невольно всхлипнул от ужаса. Тело моего брата явно держалось на одной магии. Жуткие порезы и ожоги были на его спине, а на груди теперь зарастал длинный, толщиной в два пальца, порез. Вампир задышал чаще, захрипел, и эльфки мигом стали держать его руки и ноги, а Морнемир тут же начал колдовать над ним, залечивая и снимая боль. Задница одной из эльфиек, между прочим совершенно не скрытая бельём, замаячила в опасной близости от моего лица, и я слегка облизнул губы, отворачиваясь от соблазна во плоти. Странные они, эти эльфы.