Курсантка с фермы. Адаптация к хитрости (СИ)

Нужная панель выдвинулась слишком быстро и с громким щелчком. От неожиданности я потеряла равновесие и начала падать. При этом я так замахала руками, намереваясь за что-то зацепиться, что заехала локтем в лицо Солду. Упасть я не упала (лейтенант успел меня поддержать), но сбила с нижних панелей тюбики и кое-какие детали для роботов. Мужчина подхватил меня на руки и опустил вниз.

«Поглоти меня черная дыра!»

Смотреть на лицо Солда я опасалась, но знала, что там уже наливается синяк от моего локтя. Воображение дорисовывало совсем уже невозможные детали: сломанный нос, выбитый глаз… Интересно, какое наказание полагается курсантке, случайно врезавшей своему старшине?

— Хороший удар, Ветрова, — невозмутимо сказал лейтенант.

— Извините, товарищ лейтенант, — пролепетала я, потирая локоть. Он и то болел, а что же чувствует Солд?

Мужчина воззрился на меня сурово и одновременно ласково, и чего больше было во взгляде — ласки или суровости — я так и не поняла.

— Иди за Туллом. Хватит с вас на сегодня.

Красная, как рак, я поплелась за орионцем. Слагор, который работал на улице, тоже довольным не выглядел — покрытый пылью, он и сам напоминал мешок для мусора, который вытряхивал.

— Заканчивай.

— Наконец! — он швырнул мешок на траву.

Сняв рабочие комбинезоны, мы снова предстали пред грозные голубые очи нашего старшины. Он проверил, стало ли чище в помещении, покопался в роботах. У меня начали закрываться глаза и я зевнула украдкой.

— Спишь, Ветрова? — поинтересовался Солд. У него глаза на спине?

— Так точно, — брякнула я, и только когда слова вылетели изо рта, поняла, что сморозила. — Никак нет, товарищ лейтенант!

— Завтра вечером после ужина явитесь сюда же в рабочей форме одежды. Я вижу, у вас есть проблемы не только со сном, но и с пониманием Устава. Старшина группы — в вашем случае Ниджер Экри — выше вас по статусу, и приказы его должны выполняться беспрекословно. Вопросы есть?

— Да, товарищ лейтенант. Сколько вечеров мы будем работать?

— Столько, сколько взбредет мне в голову.

Орионец помрачнел, на что Солд мгновенно среагировал:

— У тебя возражения, Тулл?

— Никак нет, — вынужден был ответить Слагор. Если его и удивило появление синяка под глазом старшины, вида он не подал.

— Прекрасно. Марш в казарму, товарищи курсанты.

Слагора точно ветром сдуло, а я все мялась, подбирая слова, чтобы рассказать о том, что меня задержали в коридоре и, по сути, отрабатывать я ничего не должна. Моя природная застенчивость боролась с желанием избежать незаслуженного наказания.

Солд покосился на меня с подозрением:

— У тебя возражения, Ветрова? Или ты их уже выразила, ударив меня локтем?

— Это была непроизвольная реакция, товарищ лейтенант!

— Любопытные у тебя реакции, Ветрова.