Яков. Воспоминания (СИ)

Антон Андреич сидел за своим столом, заваленным фотографиями, и вид имел совершенно измученный. Когда я вошел, он поднял на меня покрасневшие и совершенно несчастные глаза и устало потянулся, разминая затекшую спину.

— Ну что там Кунгуров? — спросил я его."

"— Уехал еще до событий, куда — неизвестно, — устало ответил Коробейников.

— В Петербург, — сообщил я ему полученные от двойняшек новости. — Да что с Вами, Антон Андреич?

Он и в самом деле выглядел совершенно больным. Простудился, что ли, посреди лета?

— Я сломал себе все глаза и тронулся умом, — ответил он, обиженно глядя на фотографии на столе. — Но что-то должно быть в этой фотографии?

— Должно, — заверил я его, беря фотокарточку и лупу, — обязательно должно.

Фотография была мне знакома: Вика и Костя стоят на фоне стены, рядом картина, угол шкафа… Шкафа?!

Картина сложилась, обрушив на меня лавину понимания.

— Я раньше не обращал внимания, — задумчиво произнес я, давая время мыслям выстроиться по порядку, — что на фоне портретов в доме Спиридоновых шкаф.

— Шкаф? — удивился Коробейников, заглядывая мне через плечо. — Ну да, действительно, шкаф, картина, стулья. Ничего необычного.

— А это все снимки? — спросил я его, перебирая карточки на столе.

— Да, я привез все, что там было, — ответил Коробейников.

— А негодные?

— То есть, не получившиеся? — уточнил Антон Андреич.

— Да называйте как хотите, — резко сказал я, перебирая фотографии одну за другой.

На всех створки шкафа были закрыты. Но должна быть и другая! Та, что показал Анне дух фотографа, та, из-за которой Голубев помчался к Спиридоновым. И наконец, та, из-за которой его убили. Вот что искал убийца в квартире фотографа. И, как мне кажется, не нашел. Потому что, как и Коробейников, не додумался поискать в корзине с негодными карточками. Лучшее место, чтобы спрятать снимок — среди других снимков, только таких, которые никто не будет смотреть.

— Я не обращал на них внимания, — смущенно произнес Антон Андреич, еще не понимая, что на меня нашло, но уже чувствуя, что провинился. — Я не знал, что искать.

— Ну, теперь знаете, — сказал я ему. — Поезжайте к Глафире и найдите мне все негодные снимки из дома Спиридоновых.

— Лечу, — подхватился Коробейников, не попросив даже объяснить, зачем мне это понадобилось.

Ну, а мне, пожалуй, стоило вернуться в дом Спиридоновых, чтобы допросить двойняшек более предметно, уже зная, о чем спрашивать.

Но отправился я туда не сразу. Дорога к Спиридоновым проходила мимо дома Мироновых, и я не смог устоять перед искушением увидеть Анну Викторовну, тем более, имея для этого повод. Должен же я был убедиться, что шкаф в ее сне был тот самый?

Анна пила чай в беседке, и я невольно залюбовался ею, пока шел через поляну.