Избранные Луной (СИ)

Я назвала их отношения «доверительными»?

Ну нет, они парочка больных на голову извращенцев. И один из этой парочки — мой истинный.

Планета, остановись, пожалуйста, я сойду.

Пытаюсь сбросить с себя чужие пальцы, и на этот раз у меня получается. Поспешно поправляю платье, привожу в порядок волосы, стираю с шеи следы мужских поцелуев и стараюсь не смотреть на то, как альфа убирает обратно в боксеры свое достоинство, а затем неспешно застегивает штаны.

Кожей чувствую его затухающую злость, но при этом вздрагиваю от слов альфы:

— Уверен? — его невеста непрошибаема.

Еще плюсик в копилочку ее странностей. Так и запишем: «ломится в закрытые туалеты. Отказы не принимает.»

— Уверен, что ты виновата! — от этого рыка все предметы в комнате сотрясаются.

Возникает пауза. Неуютная.

— Я не хотела. Случайно переборщила со специями в салате. — искренние нотки сожаления. Девушка за дверью переступает с ноги на ногу. — Прости.

— Я в порядке. — неожиданно спокойно сообщает Оуэн. — Спасибо, что пришла.

— Всегда пожалуйста, милый. Ты же знаешь, мы связаны, я за тобой пойду куда угодно. — от этих слов меня прошибает холод. Сердце съеживается, желая спрятаться и никогда не слышать всех этих нежностей.

— Не пойдешь, заставлю. — добродушно хмыкает в ответ Оуэн, вколачивая в меня невидимый, но болезненно-острый нож.

Он подходит к раковине и открывает воду, а мне нестерпимо хочется закричать раненым зверем и закрыть уши.

Ощущения, будто тобой воспользовались в минутном, ничего не значащем порыве, а потом забыли, спешно вычеркнули и вернулись к своим идеальным отношениям.

Тошно от самой себя, от своей слабости, от того, что даже сейчас млею от его запаха.

Какая же дура. Идиотка. Слабачка.

Оуэн вдруг резко поворачивается на меня, словно внезапно вспоминает, что находится в комнате не один.

— Пат, найди нам чего-нибудь выпить. И покрепче. — властно бросает своей девушке. — Я скоро приду.

Звуки шагов удаляются.

Обнимаю себя руками.

Мы вновь остаемся с альфой одни.

Склонив голову набок, Оуэн бесшумно движется ко мне. Между нами всего пара шагов, но он преодолевает их медленно, не спеша, словно опасный хищник перед прыжком на загнанную в угол жертву.

Тело начинает лихорадочно дрожать. Обнимая себя руками, сглатываю нервный ком, образовавшийся в горле и вжимаюсь спиной в мраморную холодную стену.

Мой жест не связан со страхом перед Альфой, я лишь остерегаюсь и стыжусь собственных реакций на близость этого мужчины. Ведь несмотря на жгучую обиду, растерянность и бесчисленные раны, которыми покрыто сердце, нутро неумолимо стремится к нему.

Запах альфы пропитал собой все предметы в комнате, охватил пространство, без спроса влился в меня и заполнил до краев, безжалостно растворяя всякий здравый смысл.