История Ирэн. Гнев (СИ)

Глаша снова начала плакать и сквозь слёзы рассказала, что видела, как хозяйка по-доброму общалась со Ставровским, поэтому, когда к ней подошёл Балашов и пригласил к их карете, сказав, что приготовил подарок для дочки, она без задней мысли привела девочку на задний двор. Почему туда карету перегнали, она не подумала. Балашов распахнул дверцу кареты и Глаша сама поставила внутрь ребёнка, а там уже сидел доверенный слуга Ставровского, которой схватил Танюшу и зажал ей рот рукой. Балашов сказал:

— Хочешь, чтобы с ребёнком всё было хорошо, влезай и ни звука.

На этих словах Ирине захотелось пойти и что-нибудь отрезать Балашову, которого заперли в кладовке, до приезда исправников из города.

Забела записал все показания Глаши, потом вызвал Каледина, записал с его слов, что ребёнок был обнаружен в карете и его там удерживали, потом сам написал и сказал Ирине:

— Всё теперь не отвертится, на каторгу, конечно не отправят, но со службы уберут, да ещё заставят штраф выплатить.

Ирина долго сидела возле Танюши, укладывая её спать. Сперва девочка не могла уснуть, и она ей рассказывала сказки своего мира и пела колыбельную про медведицу, ту, что когда-то давно пела ей её мама. Потом девочка заснула, а Ирине стало так невыносимо тошно, что нет никого кому она может довериться. Что она устала, что её все считают сильной, что всегда находятся какие-то ставровские, балашовы… Слёзы хлынули, в груди рождалось рыдание, и чтобы не разбудить дочку Ирина выскочила из детской, чтоб побежать в свою комнату и там выплакаться, но неожиданно уткнулась в чью-то грудь и всё, рыдания уже было не остановить.

От мужчины пахло травяным мылом, которым пользовались все мужчины в поместье Лопатиных, потому что это была разработка Ирины. Грудь была твёрдая и надёжная. Так они простояли какое-то время, потом Забела подхватил Ирину на руки и понёс в её комнату.

* * *Утром Ирина проснулась в своей кровати, раздетая, и с ужасом подумала, что не помнит, как уснула и кто её раздевал. Но потом прибежала горничная и сказала, что её ночью вызвала Пелагея и приказала помочь госпоже приготовиться ко сну:

— Мы вас вдвоём с Пелагеей и раздели, вы то уже почти спали. Ой, оно, конечно, сколько переживаний, дочку-то украли, вот ведь ироды.

Ирина благодарно улыбнулась, подумав, что Забела позаботился о её репутации, а вот как ей теперь смотреть на него, если он её в момент слабости увидел.

— Буду как обычно, будто ничего и не произошло, подумаешь расплакалась, в конце концов имею право, достали— и с этой мыслью Ирина пошла умываться.

На завтраке графа Андрея не было, оказалось, что рано утром прибыли исправники и он вместе с ними поехал в уездный город, сопроводить Балашова и передать документы свидетелей.