Невинная для Сурового (СИ)

Так и вертится вопрос — а любовницам вы что дарите?

Айдаров щедрый человек. Это видно.

Значит, никто не обделен. Ни подарками, ни его вниманием.

— Чего? — спрашивает он мрачно. — Не нравится?

— Нет, почему, — невольно дергаю плечами. — Очень красиво. Спасибо вам, но… мне неловко. Столько подарков.

Отвечаю первое, что на ум приходит.

Лишь бы не молчать.

— Тогда надень, — звучит как приказ.

И опять мне надо подчиниться.

Не хочу от него ничего принимать. Пальцы не слушаются. Не выходит у меня справиться с застежкой.

Тогда Айдаров сам надевает на меня все.

Ему это словно удовольствие доставляет. Наряжать. Задевать пальцами мое тело. Скользить пальцами по шее, по плечам.

А мне разрыдаться хочется. Закричать. От отчаяния.

Ощущение грязи не покидает. От него. От того, какой он.

— В день свадьбы ты получишь больше, — чеканит Айдаров. — А потом еще больше. Намного. У моей жены будет самое лучшее. Всегда.

Растерянно веду головой.

Жена…

Не хочу я быть его женой. Не хочу!

Он разворачивает меня лицом к себе. Захватив за плечи. Грубым рывком.

— Ты только одно должна помнить, Аня, — отрезает. — Никогда. Слышишь? Никогда даже не думай злить меня. А особенно обманывать.

20

Айдаров склоняется надо мной. Обдает горячим дыханием. Заставляет заледенеть под тяжелым горящим взглядом.

Его губы сейчас настолько близко к моим, что кажется, всего секунда и он меня поцелует, прижмется своим жадным ртом к моему, протолкнет язык вперед. На самое дно утянет.

И я рефлекторно сжимаюсь в ожидании неизбежного.

Не могу отделаться от мысли о том, что он и любовницу свою целовать мог. А потом приехал ко мне. Сразу после нее. Или же наоборот. С меня начал. Ею же закончит.

Разницы по сути почти нет.

Противно все это. Делить одного мужчину с кем-то.

Но тут Айдаров вдруг резко отклоняется. Продолжает смотреть на меня очень внимательно, будто разум сканирует. Холодно, жестко. Кажется, считывает мои сокровенные мысли. Распознает каждую мою эмоцию.

— Не нравишься ты мне сегодня, — хрипло замечает Айдаров, наконец. — Что не так?

— Не так? — невольно переспрашиваю. — Не понимаю…

— Вот и я не понимаю, — чеканит он. — Ты будто прячешься от меня сейчас. Стараешься ускользнуть.

Нервно пожимаю плечами, а его горячие пальцы скользят по коже, вынуждая мелко задрожать от напористости прикосновения.

— Говори, — требует Айдаров.

На какой-то момент мелькает мысль выпалить ему все прямо. Высказать. И про любовниц, и про тот образ жизни, который он ведет, ничего не скрывая.

Но останавливаю себя.

Нельзя.

Слишком глупо. Импульсивно. Опрометчиво.

Откуда знать, какая реакция последует?

Это пока что он разрешил мне учебу. Не ограничивает ничего. Но если вызову его гнев, все может поменяться за секунду.

Вряд ли Айдарову понравится то, что я ему скажу.