Наследник для оборотня (СИ)

Марина поражалась тому, как он мгновенно надевал непроницаемую маску, превращаясь в бездушного робота, способного только говорить и действовать. Но не испытывать никаких человеческих эмоций. Или его эмоции проявлялись только рядом с ней?

— Думаешь, твои жалкие отбросы способны на войну со мной?

Качок расхохотался, словно сходя с ума:

— У нас есть поддержка… Время чистокровных подходит к концу. Скоро вы все сдохните. Сколько вас осталось, а? Пять? Десять? А вот нас все больше и больше. Ты и тебе подобные выродки даже не подозреваете, сколько нас. Мы задавим вас число-о-ом. — Он захохотал. — Я постараюсь, чтобы все узнали, что ты тут сделал. У меня есть поддержка, которую ты даже вообразить не можешь!

— Вот как? — Дагмар равнодушно вздернул бровь, словно увидел перед собой что-то незначительное и неважное. — Порази меня.

Качок рассмеялся:

— Думаешь, я вот так просто расскажу, что вас всех ждет? — Его безумные глаза буквально вращались в глазницах. — Это будет сюрприз.

Марина не поняла, что произошло. Дагмар даже не пошевелился. Его рука превратилась в размазанных штрих. Словно помутнение перед глазами, и вот урод снова кричит, а Дагмар равнодушно отбрасывает в сторону оторванный… палец с уцелевшей руки.

— А так? — Его голос не дрогнул, ни капельки не изменился. Спокойный равнодушный тон, от которого мурашки побежали по коже.

Качок больше не смеялся. Он захлебывался рыданиями, открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег.

— Оторви мне хоть все пальцы, я ничего тебе не скажу!

— Что ты здесь делал?

Тот, кажется, не ожидал такой перемены, и быстро ответил:

— Дашу убили. Мы следили за кафе, пытаясь понять, кто это сделал.

— Она мертва несколько часов.

— Я знаю! Наша ведьма провела ритуал, призывающий убийцу обратно. И вскоре появились эти две.

— Как быстро вы все обтяпали.

Качок засмеялся:

— Да-а-а, мы не проебываем время.

Дагмар вдруг резко повернул голову, бросая на Марину суровый взгляд:

— Отвернись!

Она замерла, сама не понимая, что испытывает сейчас. То ли нежелание подчиняться такому откровенному равнодушному приказу, то ли растерянность и неспособность даже пошевелиться.

Дагмар пожал плечами, отворачиваясь от нее:

— Ну, как хочешь.

Он выбросил руку вперед, и это движение тоже превратилось во взмах кисти художника — черный мазок, быстрый и резкий. А через секунду он уже отряхивал ладони от крови.

Марина прижала ладонь ко рту, чтобы удержать тошноту. Горло качка было разодрано. Его нутро было полностью открыто.

— Что случи..? — Голос Лили оборвался, и Марина тут же бросилась к ней.

Лиля пыталась сесть, держась рукой за свой затылок. Ее глаза расширились от ужаса, приобретя ярко-фиолетовый оттенок, которого просто не могло существовать в природе.