Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Но платок делал своё дело: проклятия и жалобы за моей спиной звучали невнятно. Я бросил рванувшему мне навстречу брату свою тельняшку, прошёл к умывальнику мимо жадно дымившего сигаретой Прохорова.

Парни наблюдали за тем, как я мыл руки.

— Чёрный! — рыкнул Кирилл. — Что ты с ним сделал?!

— Пообщался, — ответил я.

Артур нервно хмыкнул, едва не поперхнулся дымом.

— Мы слышали! — заявил Кир. — Клёво ты с ним общался!

Я дёрнул плечом и пояснил:

— Каждый человек требует к себе особенного подхода.

Стряхнул с рук капли воды.

— Что с ним? — спросил Кирилл. — Нам показалось: ты на куски его резал.

Он тельняшкой указал в направлении сарая.

— Вам показалось, — сказал я.

Вытер о полотенце руки, вынул из кармана небольшой газетный свёрток; метнул его Артуру.

Прохоров отшатнулся — свёрток ударился о землю.

— Спрячь это, — велел я.

Пальцем показал на свёрток и добавил:

— Вечером отдашь это милиционерам.

Парни взглянули на смятую газету.

— Что там? — спросил Кир.

Он издали рассматривал надписи на газете.

— Отравленное мясо, — сказал я. — Руками его не трогайте.

— Отравленное? — повторил Кир. — Чем?

Я пожал плечами и сообщил:

— Не уточнил, чем его напичкали. Тот тип принёс это для собаки.

Я кивнул на вольер. Надел тельняшку. Заправил её в штаны.

— Зачем… это? — произнёс Артур.

— Пёс сожрал бы мясо, — сказал я. — И к вечеру бы подох. А может, и раньше. Я не уточнил.

Прохоров дёрнул рукой — истлевший кончик сигареты обломился и упал на землю рядом со свёртком.

— Это не шутка, парни, — сказал я. — Сохраните эту гадость для милиции. Это же улика.

Кирилл кивнул, наклонился и поднял свёрток. Он взвесил его в руке.

Артур посмотрел на газету, перевёл взгляд на меня.

— А… зачем? — произнёс он. — Что это… за улика?

— Правильный вопрос, — похвалил я. — Быстро соображаешь, Артурчик.

Опустил глаза на циферблат наручных часов.

— Ты когда в последний раз разговаривал с отцом, Артур? — спросил я. — Звонил ему сегодня или вчера вечером?

Прохоров покачал головой, махнул сигаретой.

— При чём здесь мой папа? — сказал он.

Полоса табачного дыма на секунду зависла в воздухе. И поплыла к двери летней кухни.

— Этот товарищ признался, — сказал я, — что он вместе с двумя своими корешами вчера вечером похитил твоего отца. Детали я не спросил…

— Папу?! — произнёс Артур. — Зачем? Ты шутишь?

Кирилл и Прохоров замерли, уставились на меня.

— Какие тут могут быть шутки? — сказал я.

— Тот мужик сказал, что они похитили твоего отца из-за денег, — ответил я. — Ночью они… проделали с твоим папой примерно то же самое, что только что я сделал с тем мужиком: поговорили с ним по душам.

Я вытер всё ещё влажные ладони о тельняшку на груди.

В вольере снова звякнула цепь. Но пёс не подал голос.