Черный дембель. Часть 1 (СИ)

1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара, женщины, подготовка к вступительным экзаменам в институт. Вот только я знаю, что тучи на небосклоне моей жизни уже сгущаются. Неприятности вскоре обрушатся на меня и на моих близких одно за другим… …Если они не испугаются встречи с Чёрным дембелем.

Чёрный дембель. Часть 1

Ещё из вагона я заметил уличные вокзальные часы. Отметил, что поезд опоздал — как и в прошлый раз. Я попрощался с молоденькой проводницей, спрыгнул с подножки вагона на перрон. Сразу же шагнул в сторону, пропустил мимо себя других пассажиров. Выпрямился во весь рост, расправил плечи. Громыхнул массивным потёртым чемоданом, поставил его на исчерченный трещинами асфальт и тут же сощурился от яркого света. Вдохнул памятные с детства железнодорожные запахи. Глазами проводил немолодую звонкоголосую женщину, что шагала по перрону с явно не пустой корзиной в руках. Женщина разглядывала высыпавших из вагона «подышать» пассажиров, предлагала купить у неё «семочки».

Я одёрнул китель, поправил белый парадный ремень. Сдвинул на затылок голубой берет, украшенный кокардой с пятиконечной звездой. Окинул задумчивым взглядом невзрачное здание вокзала, прочёл на нём надпись: «Новосоветск». Почувствовал, как по вискам скользнули капли пота. Рассматривал шагавших к вокзалу людей: пожилых женщин в цветастых халатах, девчонок в сарафанах, мужчин в брюках и рубашках с короткими рукавами. «И никаких „Адидасов“, „Найков“ или „Реебоков“, — подумал я. — Ни джинсов с драными коленками, ни смартфонов, ни пластиковых чемоданов с колёсами. Платочки, платьица и дурацкие кепки». Мимо меня прошагал загорелый мужчина, выдохнул в сторону вагона густое облако табачного дыма.

— Как интересно, — произнёс я.

Приподнял берет, провёл ладонью по голове, пригладил давно нестриженные влажные волосы. Оглянулся — в окне вагона увидел своё отражение. Покачал головой — отражавшийся в стекле высокий широкоплечий молодой мужчина в парадной форме десантника Советской армии повторил мой жест. Я разглядывал его лицо и всё ещё не верил, что смотрю на себя. Пошевелил руками — те безболезненно откликнулись на мой призыв, словно их не расплющило о Средиземное море вместе с салоном самолёта. Взглянул на предплечье — не увидел на нём привычную татуировку. Прикоснулся к карману, где час назад обнаружил свой военный билет на имя Сергея Леонидовича Чернова — убедился, что не обронил документ в вагоне.