Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Он напомнил мне себя же, но шестидесятилетнего: с возрастом Артурчик стал нервным и раздражительным, ещё и приобрёл несвойственные ему в молодости замашки прожженного циника. На этот раз Артур не сразу расстался с сигаретой — он курил её и по пути к зданию МехМашИна. У ступеней к главному входу в институт мы встретили большую компанию так же нервно куривших абитуриентов. Кирилл напомнил приятелю, что у того нет причин для волнения: Артур уже «почти поступил». Прохоров с невесёлой ухмылкой на лице рассказал нам о своём договоре с отцом.

— Если оплошаю сегодня, — произнёс Артурчик, — то из дома он меня фиг отпустит!

Мы посочувствовали ему, пожелали ему удачи. Я отметил, что переживал сегодня за брата, за Артура… но только не за себя. Понимал, что физику не провалю — хоть на тройку, но сдам. А среднюю оценку выше четырёх баллов я рассматривал, как проходную. В пятёрке я сегодня не нуждался. Оценка «хорошо» практически гарантировала мне зачисление в институт. А вот Кирилл и его приятель сегодня целили только на высший балл. Только он гарантировал Киру статус студента МехМашИна, а Прохорову — проживание отдельно от родителя. Четвёрка по физике в прошлой жизни тоже обеспечила бы моему брату зачисление на первый курс. Однако теперь (с появлением Котовой в списке наших конкурентов) я уже не был уверен, что проходной балл останется прежним.

Артур уже выяснил, что Лена Котова будет «трудовиком»: она нацелилась на учёбу в группе «Организация и нормирование труда» («ОиНТ»), где в прошлой жизни числился и я, и мой брат, и Прохоров, и её подруга Наташа Торопова. Кирилла это известие порадовало. А вот меня — не очень. Потому что решение Котовой гарантированно лишало места в группе «ОиНТ-73» одного из тех людей, кто числился «трудовиком» в реальности, которую я помнил. За успехами Тороповой я не следил. Да не помнил, как сдала Наташа экзамены в прошлый раз. Но предчувствовал, что её средний балл в этой реальности скорее вырос (как у Артура), а не уменьшился (как у Кирилла) — потому что на этот раз она не переживала из-за гибели подруги.

Сегодня мы приехали в институт пораньше: надеялись, что в таком случае сдадим экзамен одними из первых. Потому что Хоттабыч обычно завышал оценки, когда пребывал в хорошем настроении. А настроение профессора напрямую зависело от его самочувствия. Усталость портила преподавателю самочувствие — поэтому, как я помнил, сдававшие в последних рядах студенты недосчитались в прошлый раз баллов. К кабинету мы шли по пустым коридорам. Топали ногами, слушали скрип паркета. Обнаружили: вблизи входа в аудиторию, где пройдёт экзамен, уже собралась компания абитуриентов из трёх десятков человек. Котову и Торопову мы среди них не увидели. Зарегистрировались.