Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Беатрис не смогла сдержать крика. Магия не работала. Муж говорил ей, что кольцо не снимается. Он говорил, что никогда не позволит его снять.

Сердце сжалось от боли. Лицо перекосила гримаса горя. Нет! Только не это! Девушка закрыла глаза, пытаясь держаться. Установить границу в душе, за которой плескалось море отчаяния.

Не думать. Не дышать. Не двигаться. Ждать, пока между этим ужасом и болью пройдет крепкая стена. Потому что она собиралась сделать все по-своему.

– Ты верно возомнил себя богом, Антари, – тихо сказала она.

– Я просто принимаю разумное решение, – твердо ответил он. – Ты моя пленница, Беатрис. И лучше смирись с этим. Я теперь понял, как нужно с тобой обращаться. Сделаю все не хуже твоего муженька. Дам тебе столько боли, сколько потребуется, чтобы ты согласилась быть со мной. Твоя магия переживает сложный период, поэтому я запру тебя до своего возвращения. Мои люди победят Темную, восстановят баланс. Силы Айдвариана тоже в пути к замку. Мы соединимся с ними, а победитель получает все, моя дорогая. Я хочу тебя! Эритар получил тебя так, и я возьму тебя силой!

Он дернул ее на себя, сжал в объятиях, захватил жесткими пальцами подбородок и стал приближаться к губам.

Ответ Беатрис

В этот момент Беатрис распахнула глаза. Белков не было. Только сплошная тьма и зелень. Ее взгляд был жутким и нечеловеческим.

– Ты сказал, что моя магия переживает тяжелый период, – произнесла она низким и шипящим голосом. – Так вот тебе новость, мой несчастный влюбленный друг. Она его пережила. Горе делает с людьми удивительные вещи.

Антари попытался дотянуться до нее и не смог. Беатрис сделала шаг назад, легко избавляясь о его хватки, уходя от безуспешного стремления поцеловать. Туманный маг не сразу понял, насколько серьезно влип. Руки не шевелились, он застыл в нелепой позе, смешно вытянув шею.

Неожиданно. Беатрис же очевидно не владела своей силой. Неужели все изменилось за одну ночь?

Девушка посмотрела на него. Взгляд не сулил ничего хорошего. Зеленая тьма в глазах была еще приемлемой, а вот хищная полусумасшедшая улыбка, в которой не было ничего забавного, ссутуленные плечи и напрягшиеся мышцами бледные руки… Вот это все не шло ни в какие ворота. Беатрис выглядела страшно. От нее бежали всполохи искр и потоки силы.

– Атакуйте! – приказал он своим людям, но ничего не произошло.

Туман не шелохнулся.

Беатрис разжала его пальцы и забрала свое кольцо.

– Я не сниму его до конца дней, – сказала она. – Даже если буду готова жить дальше, даже если моя боль утихнет, оно вечно будет касаться моей кожи. И отдам я его только своему ребенку от Тара, который у нас будет, если мой муж все же выжил.