Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

"

"Ей пришлось проделать этот путь без ориентиров. Довериться ему, подчиниться, измениться с ним. Беатрис представила себе, как он подходит к ней и поднимает на руки.

Эритар ни за что не позволил бы лежать на голой земле несколько часов. Посмотрел бы своими прекрасными лучистыми глазами, унес бы туда, где ей будет хорошо.

Сейчас было очевидно: хорошо ей было только рядом с ним. Только в его руках она чувствовала себя настоящей. Только его жестокие ласки делали ее счастливой.

Она вдруг вспомнила его лицо, когда он застал ее в библиотеке с едой. Он был зол и смеялся одновременно. А потом она пошутила про то, как он будет сам ласкать себя и ждала ярости, но в ответ он лишь целовал ее. У него был миллион возможностей сделать ей больно, сделать ее покорной и несчастной. Но вместо этого он делал все, чтобы она улыбалась.

– Эритар, – прошептала она, будто бы он мог ее услышать. – Прошу тебя, вернись ко мне.

Слезы потекли из глаз, сердце разрывалось. Сила взвилась вокруг вновь.

– Прошу тебя, – Беатрис бессильно ударила по голому песку рукой. Ей было жаль истерзанной земли. Жаль содранной травы и искалеченных деревьев.

Но еще сильнее в сердце расплескивалась боль утраты.

Она вспомнила тот поцелуй утром, когда жаждала его, как сумасшедшая, но он успел перехватить инициативу и коснулся ее губ первым. Вспомнила, насколько точно он выдерживал ее границы, никогда не переходил, и был с ней таким, как никто другой.

Отдал жизнь за нее. Поругался с чертовым Антари!

Да кому этот Антари был нужен!

Из-за нее!

– Тар. Нет. Нет. Это не с нами, прошу, нет!

Селена предупреждала перед боем, что будут жертвы. Знать бы тогда, какие…

Она подняла глаза к небу и почувствовала дикую боль в сердце. Терпеть больше было нельзя. Рыдания рвались наружу. Глаза ничего не видели из-за поволоки слез.

Она представила, как его руки касаются ее плеч, как он утешает ее. И разрыдалась. Слезы снова хлынули ручьем. Соленые потоки жгли щеки. Хотелось причинить себе боль. Беатрис кусала губы, впивалась ногтями в руки. Всего этого было недостаточно.

Вырвалась магия. Теперь такая покорная. Беатрис мгновенно оценила обстановку над пепелищем. Ничего. Полная неизвестность.

Она села. Нос заложило, глаза щипало, все расплывалось. Ртиа и Варго сидели на бревнах и что-то ели.

– Ты встала? – Ртиа подбежала к ней. – Беатрис, ты как?

Девушка лишь покачала головой.

– Надо уходить отсюда, – заметил Варго.

– Ртиа, – голос Беатрис был треснувшим, – Селена видит его линию судьбы? Она видит его?

Иномирянка отрицательно покачала головой.

– Нет, это не может быть правдой, – прошептала Беатрис, закрывая лицо ладонями.

– Конечно, – подхватила Ртиа. – Я уверена, что Селена не видит всего.

Ведьма слушала ее утешения и все яснее понимала, что отрицает очевидное.