Рыжее братство. Трилогия (СИ)

И то верно, если за слово «дура» ему ослиную физию нарисовали, то за фразу аналогичного содержания, чего доброго, и копыта с хвостом накрутят, доказывай потом, что ты не верблюд, все равно ведь подкуют. О, дивная магия желаний!"

"Времени, затраченного на ускоренное выяснение отношений и магических закономерностей артаксарского региона, сельским знакомым хватило на то, чтобы прекратить лобызать, обнюхивать и нахваливать воскресшие посевы. Они вновь кучно поперли в направлении нашей скромной компании. Главный переговорщик, явственно смущаясь, промямлил очередной набор несуразных благодарностей и заискивающе спросил:

— Кори, почтенная, а плату дозволишь отстрочить до урожая? Покудова нам никак с тобою не расплатиться?

— Какую плату? — Я успела слезть с Гиза и на ногах стояла почти твердо, только за руку его для страховки держалась.

— Так… — Мужик беспомощно повел рукой в сторону зеленеющих просторов — явного доказательства оказанной помощи.

Я припомнила расценки в золоте на услуги артефакторов, про которые давеча обмолвился Маллоник. Да уж, если выкатить селянам счет за такое эффективное колдовство, то они по миру пойдут с сумой. Хм… а ну-ка попробуем иначе.

— Все уже оплачено. Я работаю по поручению одного заказчика над большой проблемой и рассказать о ней не могу, — торжественно объявила свою почти правду, переваливая ответственность за происходящее на бога Справедливого Суда. Боги, они вообще в ответе за все и за всех, так что Гарнагу не привыкать. — С вас мне достанет лишь благодарностей и, конечно, было бы замечательно, если бы о колдовстве на поле никто подробностей не узнал, по крайней мере, до той поры, пока мы не покинем село.

Трое прониклись, поверили и несказанно обрадовались тому, что услуги бродячей артефакторши им, не считая обета молчания, обойдутся даром. Крестьяне тут же, чуть ли не бия себя кулаками в грудь, принялись наперебой уверять меня в способности навеки сохранить великую тайну возвращения плодородия почве. Причем делали они это столь яро и громогласно, что пара моих киллеров-телохранителей убежденно шепнула дуэтом: «Проболтаются».

— Конечно, проболтаются, — негромко согласилась я, не питая иллюзий насчет обета молчания. Способность хранить секрет маленькой (человек на сорок) компанией присуща не только женщинам. А тут такая восхитительная тайна — магия, спасение, загадка — сельчане не устоят, не из низменной жажды славы или стремления сделать пакость спасителям, а просто потому, что так уж устроен человек. — Только, надеюсь, обещание удержит их от немедленной огласки, а завтра мы уже будем дале… Ой!

Речь свою о психологии и выводах я оборвала на середине.