Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Эй, Дармон, погляди на «нашу покойницу», так ли она, как надо, раскинулась.

Побывав в одном шаге, а скорей, даже в нескольких миллиметрах от смерти (вряд ли эльфийская стрела сильно разошлась с целью), вор стал гораздо проще относиться к своей собственной кончине и всему, что связано со смертью, если, конечно, речь не шла о моих шансах на отправку в иной мир. Рыжий хлопнулся на пол, перекатился на спину и лег, расслабленно раскинув руки. Один глаз Лакс закрыл, а второй так и норовил приоткрыться, чтобы хитро подмигнуть собравшимся.

Дармон засопел неодобрительно, настолько, насколько вообще мог осмелиться выразить свое опечительское неодобрение сумасбродной выходкой магевы:

– Нешто можно на живомто человеке?

– Предлагаешь его для начала убить? – кажется, совершенно серьезно осведомился Гиз, и бородач ощутимо вздрогнул. Сарот хохотнул, глумливо захихикал Фаль. Кейр принял вид укоризненный, дескать, почто издеваетесь над простым человеком, вот только в глазах его плясали смешинки, никак не вязавшиеся с формальным укором.

– С его добровольного согласия можно, – с апломбом заверила Дармона. – Не бойся, смерти не накликаешь. Отбрось смущение, представь, будто пред тобой покойница Салида, и скажи ей, как лечь полагается.

Почесав репу, Дармон смирился с непотребным предложением и старательно взялся за дело, вежливо прося Лакса «туточки чуток правее, а теперь повыше, нет, малость назад подай…». Спустя пару минут добросовестного подтирания пола вор, исполняющий роль Салиды, окончательно упокоился ногами в сторону стола, головой к опрокинутой табуретке у шкафа и, исключая вздрагивающее от хихиканья тело, полностью соответствовал роли трупа.

Я смотрела на тело и перебирала догадки, коечто даже начало пробиваться из недр подсознания на белый свет. Однако завершиться процессу помешал возглас, изданный изза дверей пронзительным, как звук циркулярной пилы, бабским голосом:

– А ято думаю, чегото в окошках мелькает, вот решила проведать. Не стряслось ли еще чего…"

"– Соседка это Векшина, Милица, – поспешил дать справку Дармон, явно недовольный явлением незваной гостьи, пока ктонибудь из телохранителей не прикончил шуструю бабенку, топчущуюся на пороге.

– На ловца и зверь бежит! – довольно констатировала я и переключилась на свидетельницу. Лакс, не перекатываясь на бок, легко, как циркач, вспрыгнул на ноги.

– Хорошо, что заглянула, Милица, расскажика, как Салиду нашла, как тревогу поднимала, – начала теребить бабу.