Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Да и прежде допроса следовало закончить изучение обстановки. Итак, кроме кувшинов на вполне пристойной чистоты деревянном полу (у меня на даче такой только в первый день уборки держался!), не было ничего, не считая изрядно, жирно поблескивающего пятна явно кулинарного происхождения. Оно нагло раскинулось гдето почти посередине между шкафом и лавкой. Крови, следов борьбы и других улик, способных пролить свет на вчерашнее происшествие, не имелось.

Мои сотоварищи озирались так же сосредоточенно, как я, но столь же безуспешно. Опять вспомнив прочитанные детективы, я приступила к расспросам:

– Дармон, ты в курсе, тут после того, как тело Салиды нашли, никто ничего не переставлял, не убирал, не вытирал?

– Дык, кажись, все так и было, – почесал в затылке опечитель.

– Мне нужно не «кажись», а совершенно точно, припоминай! – строго велела я и, ткнув пальцем в направлении жирного пятна, вопросила: – А это что за Аннушка и какое подсолнечное масло пролила?

– Ээ, тут лепешка, на сале печенная, лежала, видать, со стола из мисы выпала, так мы ее потом курам сбросили, не пропадать же добру, – неожиданно выдал Дармон, и мне захотелось стукнуть туповатого мужика. Может, в делах прочих он и был сметлив, но насчет «улиток» башка опечителя не варила совершенно.

– Тебя же спрашивали русским по белому: «убирали, переставляли, вытирали»?! – проявляя чудеса терпения и сдержанности, повторила я, но не затопала ногами, не завизжала и даже не повысила голоса. – Что ж ты о лепешке забыл? Что еще вы тут в порядок привели? А?

– Ничего, Гарнагом клянусь, магева, матушка! – заискивающе залопотал мужик, запамятовав о том, что я убедительно просила не обзываться. – Ну разве ж только табурет опрокинутый валялся, я ж сам его поставил, неудобно было бы иначе Салиду из избы выносить.

– Как валялась покойница? – уточнила важную деталь.

– Вот туточки, – засуетился Дармон, беспорядочно и нелепо взмахнув руками.

Если судить по жестам опечителя, Салида лежала как минимум в пяти местах горницы одновременно и еще какимто образом распласталась в паре точек на дворе. Поскольку магическими способностями покойная не обладала, двойников не имела и расчленению не подвергалась, бурная жестикуляция Дармона свидетельствовала лишь о нервическом состоянии допрашиваемого объекта и к истине нас не приближала. Тратить на бородача НЗ валерьянки я не намеревалась, бить по щекам сочла негуманным, поэтому решила пойти по пути следственного эксперимента.

– Мне нужен доброволец на роль трупа, – подружески запросто обратилась к компании. – Есть желающие?

– А ты жестоко убивать будешь? – весело ухмыльнулся Лакс.

– Очень, – торжественно пообещала, приняв вопрос за знак согласия, и скомандовала: – Ложись на пол.