Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Он как убедился, что я целая и невредимая вернулась, моментально потерял интерес к побасенкам. Но теперь воин явственно оживился, наверное, магев, пусть и не таких придурковатых, ему приходилось видеть чаще, чем обладающих даром членораздельной речи животных.

– Нет, не почеловечьи просил, но так, что понятно стало, помощь ему нужна, – досадливо поправилась я, хотя искушение соврать про говорящего волка, признаюсь, было сильным."

"– А ты что сделала, Оса? – усевшись на край котелка с травяным отваром, зачарованно поторопил меня Фаль, как ребенок, ждущий продолжения сказки. Мало ли их в детстве ему мама рассказывала? А может, и правда мало, я ведь не знаю, как там у сильфов поставлено воспитание подрастающего поколения.

– Взяла кинжал серого пламени, разрезала капкан на кусочки, потом вылечила пострадавшему лапу, и волк убежал прочь, – прозаично закончила рассказ. – Спасибо не сказал, во всяком случае, человеческим голосом.

– Значит, правду рассказывают, не только люди, а и зверье всякое к вам за помощью тянется, – подытожил Кейр почти мечтательно, но, моментально спохватившись, сурово приказал (начальственный имидж портила только большая поварешка, которой он раскладывал овощи!): – Впредь одна в лес далеко не ходи! Кто знает, зверье, оно тоже разное попадается, какойнибудь хищник возьмет и не посмотрит, что ты власть магическую имеешь. Схарчит магеву – и поминай как звали.

– Поэтому Гиз меня и подстраховывал, – невинно улыбнулась я киллеру, уже сообразив, для чего он приглядывал за мной у ручья.

– Вот это правильно! – Кейр окончательно успокоился и одобрительно кивнул Гизу, как соратник соратнику в борьбе за безопасность моей вопиюще безалаберной персоны. Тот ответил серьезным кивком.

Больше мы о волке и магической власти над зверями не говорили, да и вообще разговор сам собой перешел в лениворазмеренный обмен обрывистыми фразами под стук ложек о стенки и донышки мисок. Лакс сжульничал и пересел ужинать на мой тюфяк – местечко помягче ложа из веток. Я не возражала, напротив, нахально привалилась к его теплому плечу спиной и сидела, следила за костром, слушала потрескивание веток в жадных язычках пламени. И эти мгновения были куда чудеснее многих поцелуев с другими парнями. Гиз один раз глянул на нас, дернул уголком рта и уставился кудато в лесные дебри, как положено бдящему телохранителю, ибо, если смотреть на огонь, потом глаза будут долго привыкать к мраку. Я же никого не охраняла и могла себе позволить любоваться вечной пляской костра.

Глава 8

Ночной разговор

Ночь подкралась незаметно, мягко укутала тенями деревья, поляну, накрыла звездным куполом сверху. Затихли птицы, только изредка вскрикивали чтото, шебарша в ветвях неподалеку.