Бесприданница (СИ)

Наконец барон Варди поднялся и начал прощаться. Вот он мой шанс! Но Тюггви тут же предложил его немного проводить. Эх! Придется ждать отъезда предводителя, чтобы спокойно поговорить. К тому времени я придумаю, как подать жениху свою идю. Да, так будет лучше.

Провожать пошли втроем — Тюггви, Гулла и я. Простились у реки, но главный не спешил идти домой."

"— Госпожа Далия! Я поговорить с вами хотел. — На улице глубокая ночь, и различить выражение лица сложно. Но почему голос у него дрожжит? Странно это и подозрительно.

— Да, конечно. — отозвалась как можно добродушнее.

— Гулла поклялясь, что не будет чинить скандалы. Взамен хочу попросить, не бросайте ее одну.

Я от неожиданности открыла и закрыла рот. Это она наплела, что мы ее в покоях одну закрываем? Или сами уходим гулять, а она остается дома? Хотела уже было открыть рот, чтобы рассказать свою версию происходящего, но Тюггви поправился.

— В том смысле, что скучно ей с матушкой дома. Вы бы брали ее с собой на реку? — И неожиданно мне почудились просящие нотки в голосе. — Нет-нет, она не будет вас позорить, — поспешно добавил. — Не будешь ведь? — Судя по изменившемуся голосу, сейчас он обращался к сестре.

— Я же тебе клятву дала. — Обиженно ответила та.

— Сестре повтори. — Чуть с нажимом потребовал Тюггви.

— Далия! Я клянусь не кричать на тебя прилюдно, не оскорблять и не убегать в слезах.

— Гулла! Нам о многом надо поговорить. Но все мои попытки проваливаются. Возможно, если мы будем больше времени проводить вместе, то наконец подружимся, — с надеждой в голосе.

— И помни, что Далия — старшая. Так Всевышний вас расставил. И я также считаю. Поэтому ты обязана ее слушаться, — видимо, специально для меня озвучил свою позицию Тюггви.

— Угу. — Глухо отозвалась сестра.

После этого разговора я готова была за Тюггви и в огонь, и в воду! Уж не знаю, как ему удалось достучаться до сестры, но если она сдержит свое обещание, то в нашем доме воцариться долгожданный мир. После запуска лесопилки — это вторая моя мечта! А деньги — э то дело времени. Я обязательно заработаю!

Домой я вернулась в совершенно другом настроении. Хотелось бегать и кричать о своем счастье. Да, счастье! Лесопилка — работает, сестра взялась за ум. Жених расправляет плечи. Все живы и здоровы. О чем еще мечтать?!

Через два дня Тюггви собрал людей, погрузил в телеги доски и уехал. Гулла до последнего держалась, но все же разревелась в голос. Мы шли рядом, провожая обоз.

— Идите уже обратно. — Время от времени повторял Тюггви, бросая на Гуллу тревожные взгляды. Но она упрямо трясла головой, а я лишь отговаривалась:

— Мы еще немного, вон до того поворота.

И таких поворотов прошли с десяток. Наконец он остановился и потребовал, чтобы мы разворачивались.