Правила Барби (СИ)

Признаться честно, я ждал начала сезона, чтобы брат, наконец, занялся работой, в противном случае он рисковал откинуться от передозировки сексом, если такое вообще возможно было.

В полной темноте я прошел в гостиную и опустился на диван. Мой взгляд скучающе прошелся по камину и деревянной полке над ним, в темноте там стояла фотография отца – единственная, что осталась в доме, остальные при переезде забрала с собой Джемма. Я не знал, зачем она это сделала, Джемме тяжело далась смерть Дэниела, именно поэтому она покинула дом, хотя я никогда не посмел бы выставить ее. Джемма была мне второй матерью, я слишком поздно понял насколько ценно иметь людей вроде нее в своем окружении. Я был живым воплощением предательства Дэниела, но она не испытывала ко мне ненависти.

– Он ребенок. Он просто маленький мальчик, которому нужен отец! – кричала она на Дэниела шепотом в один из первых дней, когда мне позволили остаться.

Да, пожалуй, только Джемма могла кричать шепотом. Это непередаваемое действие."

"Я все еще злился на отца и не знаю, пройдет ли это хоть когда-нибудь. Казалось, это совсем не зависит от меня. Начать ненавидеть просто, покончить с ненавистью куда сложнее. Однако было то, что немного оправдывало его в моих глазах. Наш разговор, который произошел в тот самый день, когда мы узнали, что Эванс сбежала. Отец позвал меня в свой кабинет. Может его растрогала вся эта ситуация с Барбарой, а может он переживал, что я поступлю как она – сбегу, оставив лишь маленькую записку.

– То, что я услышал, поразило меня. Может, я и не говорю этого, но люблю вас с Мейсоном одинаково сильно, вы оба мои дети. – Прихрамывая, отец расхаживал вдоль стола в своем кабинете.

– Я не желаю слушать это дерьмо, и я не буду плакаться в твою жилетку как малышка Мейси.

– Эта война надоела всем. Вы оба не испытываете потребности в деньгах, у вас обоих есть все, о чем дети вашего возраста могут мечтать, так с чего ты решил, что я люблю кого-то из вас больше, когда вы оба совершенно ни в чем не нуждаетесь?

– Ни в чем, кроме отцовской любви, – фыркнул я, поднимаясь с кресла. – Тебе плевать, чем я занимаюсь, что я люблю и чего хочу, ты растишь Мейсона себе на замену, тогда как меня предпочитаешь не замечать.

– Думаешь, я не знаю о тебе ничего? Думаешь, не понимаю, в каком университете ты учишься и на кого? Думаешь, не знаю, что мой сын лучший на курсе? Думаешь, я не участвую в твоей жизни? Знал бы ты, сколько проектов Университета долины Юта я профинансировал, только бы у тебя была среда для развития твоих навыков, – рассказал отец, повергая меня в шок.

– Ты не хотел меня, ты назвал меня ублюдком в нашу первую встречу, ты унижал мою маму…

– Потому что я струсил, и я виню себя за это до сих пор! – зарычал он, обрывая меня полуслове.