Правила Барби (СИ)

Ее взгляд, наполненный страхом, отчаянием и безысходностью замер на моем лице, ее губы шевелились, но из горла вырывался лишь неразборчивый хрип. Ее шея и плечи стали совсем красными, а лицо отекало.

Что за черт?

Это напомнило мне события прошлого. Она словно тонула, хватала воздух ртом и не могла вдохнуть, но вокруг не было воды.

Я приблизился и опустился рядом с ней, пытаясь понять, что происходит. Мой взгляд блуждал по ее красному лицу и опухающим губам, паника поглощала меня.

– Я… не могу дышать, – прохрипела она, сжимая тонкими пальцами мое бедро."

"– Что мне сделать? Почему ты тонешь? Барбара! – беспомощно позвал я, заключая ее лицо в свои ладони. Это какая-то паническая атака из-за моих слов? Ей нужна холодная вода? Как сделать так, чтобы она снова ругалась и насмехалась надо мной, а не задыхалась и теряла сознание?

И вдруг меня осенило.

Пирожное.

Страх пронзил меня до самых костей, когда я, наконец, понял, что не так было с пирожными. Орехи. Там был гребаный ореховый мусс. У нее аллергия на арахис.

– Дерьмо! – зарычал я, хватая ее на руки. Ее холодные пальцы опустились на мою шею. Почему она так быстро теряла силы?

Пробираясь через весь дом к выходу, я думал только об одном: мне нужно успеть, мне нужно добраться до больницы раньше, чем она потеряет сознание от недостатка кислорода. Люди смотрели на нас, меня кто-то окликнул, но я даже не придал этому значения. Весь шум, казалось, отошел на второй план, я слышал лишь ее тяжелое дыхание и смотрел вперед.

Только бы успеть.

Следующие события проносились передо мной подобно старой кино-пленке. Кадр за кадром: я выбегаю на подъездную дорожку, сажу Барбару на переднее сиденье. Она в сознании, но тяжело дышит и не может сказать мне ни слова, просто смотрит на меня, пока ее глаза слезятся, а лицо все сильнее опухает. Я давлю на газ, разворачиваясь, едва не задевая чью-то новую «Феррари» и, вжимая педаль в пол, несусь по ночным улицам Солт-Лейк-Сити в ближайшую больницу. Мой автомобиль ревет, руль вибрирует, ведь я впервые разгоняю машину до такой почти предельной скорости.

Я бросил на нее короткий взгляд, сразу же проклиная себя за это. Ведь мне немедленно захотелось прижать ее к себе и не отпускать ни на секунду, но сомневаюсь, что это спасет ее от приступа аллергии.

Черт возьми, почему я не придал значения ее словам, почему не додумался проверить эти гребаные пирожные? Как я мог допустить это?

В моей голове без конца проигрывались события прошлого, я слышал ее голос.

– А у тебя нет аллергии? – спросила она, глядя на то, как меня кусает змея – уж, зажатый в моей руке, так не вовремя пробравшийся в конюшню. Барбара сбежала с похорон мамы и укрылась в деннике своего пони.

Я улыбнулся.