Александра (СИ)

В отличии от многих других, именно его подразделение, благодаря его умелым действиям, понесло меньше всех потерь. И у него был реальный шанс отойти, но, увы. В карьере лейтенанта поставил точку снаряд или, по другому, бомба, начинённая тротилом, прилетевшая от русских. Взрыв и… Густав очнулся уже в больничной палатке Византийской принцессы, после того, как она отпилила ему измочаленную конечность. Спасти которую не было никакой возможности. И таких было шестеро. У кого ноги нет, у кого руки. Такие у меня сейчас лежали в госпитале.

Самое что интересное, но мои сержанты были моложе всех этих наёмников. Но это не давало бывшим наёмникам совсем ни каких привилегий. Сержанты начали их гонять, как сидоровых коз. Особенно старался Айно Эст. Ему впервые в подчинение попали немцы, которые его народ даже не считали за людей. Но бывшие наёмники ничего сделать не могли, так как попасть на галеры никто из них не хотел. Плюс кормёжка, очень хорошая и перспектива надеть новую форму офицера корпуса. А судя по их разговорам, она им очень понравилась. И конечно оплата, то есть денежное довольствие. Которые выплачивалась командному составу корпуса. За это они готовы были терпеть всё, что угодно. До обеда я наблюдала за дрессировкой. Приехал дядька. Тоже понаблюдал за сим действом. Стоял ухмылялся.

— Добре, парни немцев гоняют. Любо дорого смотреть. — Сказал он, посмотрев на меня.

— Дядька, ты проследи за всем этим. А мне на пир к Государю нужно. — Попросила его.

— Езжай, дочка. Не беспокойся. Я прослежу.

Вернулась на подворье Вяземских. Там стояли на коленях перед теремом четверо моих сержантов. Прошла молча мимо них. Позвала управляющего Вяземских.

— Принеси серебро на этих четверых, согласно денежным записям. Все до конца. Ничего не вздумай утаить. Я проверю.

Принёс. Все серебряные талеры были уложены в четыре кожаных мешочка. Согласно денежным записям. Я взяла их, вышла к своим бывшим сержантам и палатинам. Сунула им каждому в руки по мешочку.

— Всё, свободны. Больше вы не мои сержанты и палатины.

— Царевна, помилуй, Христом богом просим. Бес попутал… — Говорил Богдан, но я перебила его.

— Бес тебя попутал, Богдаша? А где ещё тебя бес попутает? Как я могу доверять тому, кого бес путает? Когда он тебя ещё раз путать начнёт? Чего молчишь? Не знаешь? И я не знаю. Зачем мне такой палатин, которого бес путает? Иди в монастырь, чтобы бес тебя не путал. Всё, разговор закончен.

Я повернулась и зашла в терем. Мне было не легко. Я чуть не плакала, всё же они мои первые гвардейцы, с которыми сама в свой первый поход ходила. Но если сейчас не сломать их вольницу, завышенное самомнение, что им можно всё, которое стала уже выше их самих, дальше будет только хуже.

Переоделась.