Александра (СИ)

В случае вашего ранения или увечья, в следствии коего вы не сможете продолжать военную службу, вам будут выплачивать пенсию, до вашей смерти. Если вы обзаведётесь семьями, то члены ваших семей не будут забыты и брошены. Им будет оказана помощь и поддержка. Ваши сыновья могут поступить в корпус и стать кадетами, ибо они будут в приоритете перед остальными. Раз в семь дней вам будет предоставляться увольнение, где вы можете потратить свои деньги и даже напиться до поросячьего визга. Семейным будет предоставляться два дня вне службы и жить они будут со своими семьями. Корпус обязуется обеспечить семейных жильём.

Я подождала пока Айно переведёт. Иногда Эст задавал мне уточняющие вопросы по некоторым моим терминам. Получая разъяснения, переводил наёмникам.

— А теперь пусть задают вопросы. Но сразу предупреди, что отвечать на них будут только один раз. Кто не поймёт, значит вколачивать ответы будут в них палкой и плетью.

Айно перевёл. Наёмники вопросов не задавали. Либо ещё не поняли куда попали, либо поняли, но решили не рисковать, так как оказаться в холопах и рабах, а тем более гребцами на турецких галерах никто не горел большим желанием."

"— И ещё, Айно, переведи им, что они все мой полон. И я могу сделать с ними всё, что захочу. Сбежать не получиться, их найдёт и повесят без разговоров на первом же суку. Заслужить моё доверие очень трудно, а потерять очень легко. — Посмотрела на четверых своих сержантов, стоявших понуро около казармы. — Но пусть каждый из вас знает, я никогда не бросаю своих людей и мне каждый из моих воинов дорог. И это не пустые слова. Поэтому постарайтесь стать теми, кем я смогу гордится. Пока что вы никто и звать вас никак! Айно, стройте их с Ильёй в две шеренги и ведите в столовую на завтрак. После завтрака начнём дрессировку.

Новичков из числа преподавательского состава покормили, потом построили в одну шеренгу, раздетыми по пояс. Всего я отобрала два десятка наёмников. Сейчас в строю стояло четырнадцать. Это были те, кто телесно не сильно пострадал в битве. То есть, руки ноги на месте и шкурка не сильно попорчена. Но были и такие кто лишился какой-либо конечности. Да, были и такие. Например, лейтенант Густав Майер. Мужчина 40 лет. В наёмниках с 14 лет. Прошёл за это время все значимые войны и военные конфликты в Европе. В том числе войны и турками. В последней для себя битве потерял левую ногу чуть ниже колена. В Европе ему грозила нищета и смерть в канаве, ибо скопить денег больших не успел, а после поражения имперских войск, даже если бы и выжил, то остался бы калекой, без денег, семьи и дома. Но мне нужен был его бесценный опыт. Кроме опытного вояки он ещё показал себя как грамотный командир.