Александра (СИ)

Целовал нежно. Гладил моё тело. Я легла на лавку полностью. Закрыла глаза. Мне было хорошо. Иван не наваливался на меня всем своим весом. Чтобы ему было удобнее, согнула ноги в коленах и подняла их. Почувствовала его естество, как оно стало входить в меня. Ухватилась за свои колени, прижимая их к своей груди. Так ему удобнее будет. Не на широком ложе с ним супружеском. Иван сам взялся за мои щиколотки. Держал и двигался во мне, всё ускоряясь. Возбуждение нарастало во мне. Не знаю, может от сильного напряжения последних двух дней, может ещё из-за чего, но мы оба с ним быстро достигли пика наслаждения, оргазма. Иван, стиснув зубы застонал, изливая в меня своё семя и замедляя движение. Меня била дрожь. Я не стискивала зубы. Стонала громко, не сдерживая себя. Некоторое время мы с ним не двигались. Вот он поцеловал меня благодарно.

— Спасибо, Сашенька. — Я отпустила свои ноги, обняла его за шею.

— И тебе спасибо, Ванечка.

Мы сполоснулись с мужем. Нам уже принесли чистые одежды. Оделись и прошли в терем, в свою опочивальню. У меня не успела голова долететь до подушки, как я провалилась в сон. Мне снился последний бой у брода. Оскаленные лица, звон железа, ржание лошадей, крики ярости и боли. Проснулась внезапно. Села на постели. Иван тоже проснулся.

— Саша, что с тобой?

— Кошмар приснился. Бой у брода. И то, как меня там убивают.

Он обнял меня.

— Ложись. Это всего лишь плохой сон. Я сейчас дуну тебе в лицо и плохой сон уйдёт. — Легла, закрыла глаза. Почувствовала, как Ваня дунул на меня. Улыбнулась и уснула. Кошмаров больше не снилось.

Проснулась от того, что Иван меня поглаживал. Открыв глаза, сразу увидела его лицо и улыбку.

— Саш, день уже наступил. Надо вставать. Ждут нас с тобой. Батюшка присылал уже к нам. Без нас ничего не вскрывают.

— Что не вскрывают?

— Сундуки, что мы привезли. Елена, сестра твоя приходила пару раз, хотела тебя видеть. Васька брат мой, постоянно вертится возле нашей опочивальни. Хочет узнать, как, да что там было в Ливонии. Обижается он, что его с собой не взяли.

— На его век ещё хватит и штурмов, и схваток кровавых. Ладно, Ванечка, пора вставать. Солнышко то уже высоко?

— Высоко, Саша.

Сам Иван был одет уже. Он засмеялся, глядя на меня. Я уселась на край постели.

— И что тебе смешно?

— Саш. А ты теперь совсем зазнаешься? Мужа своего видеть не захочешь?

— С чего это ты так подумал.

— Так уже всем известно, как ты крепость сильную взяла, не потеряв ни одного воя. Причём крепость, вооружённую пушками. Многие воины поверить не могут. А твои то ходят гоголями, грудь коромыслом, руки крендельком, ноги колесом.

Представив парней в таком виде, в каком их представил Ваня, я засмеялась. Смех перешёл в хохот. Я даже упала назад на постель.