Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Я, весь такой на адреналине и охваченный бурной благодарностью, по-братски крепко обнял белоглазого.

— Спасибо тебе, дружище, спасибо за помощь! Честно скажу — не ожидал! Теперь я твой должник, слышишь? — хлопнул я по плечу безвольного жреца бога-всезнайки. — Зуб даю — отплачу, как сумею!

— Отдашь мне зуб? «Дружище»?.. — рассеянно повторил за мной Оракул, словно недопонимая смысл этих слов. — И как только я докатился до всего этого?..

— Да будет тебе важничать! — фыркнул я, дружественно хлопнув жреца по другому плечу.

— Хватит уже его сотрясать — меня укачивает! — неожиданно огрызнулся Оракул.

Тут я удивился во второй раз.

— Укачивает?.. С чего бы это?

Парень в желтой жилетке неловко поднял руку и сжал пальцы, промахнувшись мимо меня. Потом повторил движение еще раз, ухватившись в этот раз за край наброшенного мне на плечи пледа.

— Может, ты вернешься домой и поможешь мне найти ответ на этот вопрос? А заодно и на десяток других. То, что происходит сейчас, выходит за рамки моего опыта и моего понимания. Это даже не катастрофа, это — конец света! Поэтому завтра ровно в четыре утра ты покинешь свое логово и, нигде не задерживаясь, помчишься в обратный путь тем маршрутом, который я укажу тебе через другого жреца. Ты нужен мне здесь. Немедленно и безотлагательно!

Парень содрогнулся всем телом, глубоко вздохнул — и устало обмяк на сидении, мгновенно переключившись с состояния транса в состояние глубокого сна, о чем через секунду мне пришло подтверждение в виде храпа.

Вот ведь ублюдок! Наговорил такое — и смылся?

— Эй, ты куда?! — разозлился я. — Ты не можешь ляпнуть такое и просто свалить! Слышишь, Оракул? Что там такое происходит, чего ты не смог предвидеть?! Але, просыпайся!

Я тряс беднягу, как спелую яблоню, но тот даже глаза не открыл. Просто продолжал храпеть — и все.

— Оставь его, — не выдержала Демка, поймав меня за руку. — Оставь, он не в состоянии очнуться!

Нехотя я отпустил сонного парня.

Тяжело дыша, откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как все тело горит от боли и стонет от усталости. И молча уставился в одну точку.

Только что сердце у меня в груди билось вприпрыжку, и все вокруг казалось празднично ярким и счастливым.

А теперь мне стало просто хреново.

Снова и снова я вспоминал рассказ Самеди о том, что творилось по ту сторону врат перед его уходом. Обрывки его фраз перемешивались в моей голове со словами Оракула, и гореть начинало уже не только снаружи, но и внутри.

Вот ведь фигня.

Демка встревоженно посмотрела на меня.

— Переживаешь, правильно ли ты поступил? — тихо спросила она.

Я отрицательно качнул головой.

— Нет.

— Ну и хорошо, — ласково погладила она мой локоть. — В любом случае, тебе не оставили выбора. Ложиться и помирать ради всеобщего спокойствия — такое себе предложение.

Я хмыкнул.