Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Но понимал все, как человек, иначе как я с ним командами объясняться буду? На уровне Бельского, «дай» и «кака»? А еще моему монстру нужны руки, как у обезьяны, и, конечно же, острые зубы и когти! А еще лучше — две головы. Да, сразу две головы, и пасть такая, чтобы если укусил — то как в «Челюстях». Хрясь — и нет половины противника, только кишки по полу стелятся!

Я смело набрасывал целую кучу вводных, прекрасно понимая, что стопроцентного попадания у меня почти не случается, но, если соединить в одном конструкте несколько синонимичных понятий, шансов заполучить хоть один из этих признаков становится куда больше.

Несмотря на множество элементов, символ в моем сознании понемногу склеивался, пока, наконец, не обрел цельность.

Ну, давай, Даня.

Погнали!"

"И я принялся сосредоточенно и тщательно выводить пальцем загогулины конструкта. К сожалению, визуально я толком не мог проследить, все ли правильно рисуется. Но выбора не было, и действовать приходилось на ощупь.

Пространство слева поплыло, будто от сильного жара, и даже будто бы подернулось легкой дымкой.

А потом из пустоты на каменный пол шлепнулось мое чудовище, вынырнувшее из глубин небытия.

В том, что оно действительно когда-то плавало, не могло быть никаких сомнений, поскольку у зверюги имелись жабры, плавники и золотистая чешуя. Еще у нее наличествовали четыре руколапы, как у мартышки, и две акульи головы, по одной с каждой стороны туловища. Оно дернулось одновременно в разные стороны и странно, по-мышиному пискнуло.

Что же мне с рыбами-то так не везет?..

Не будь все остальное вокруг так плохо, я бы, наверное, заржал.

Но прямо сейчас мне смеяться не хотелось от слова совсем.

Рыба обиженно моргнула и тоненьким голосом пропищала:

— Ну и что за херню ты сделал?..

— Эмм… Не могу не согласиться, — пробормотал я.

Тут краем уха я услышал за спиной какой-то стук.

— Атакуй врагов, всех, каких только видишь! — крикнул я своей херне, выворачиваясь на каталке полубоком, чтобы увидеть хоть что-нибудь.

— Есть! — отозвалась моя акула и с громким заливистым лаем бросилась куда-то за горизонт моего обзора.

— Мортус! — последовал громкий возглас, и в тот же миг я услышал пронзительный собачий визг.

— Да что же это такое!.. — не выдержав, выругался я. — Ну давай, малышка, сожри их всех!!!

Ко мне неторопливой усталой походкой подошел лысый.

Выглядел он так, будто постарел лет на десять, или неделю не спал.

— Она не может, — сказал лысый и повернул меня лицом к центру комнаты.

И я увидел, как несколько стражей, облепив мою бедную рыбину со всех сторон, в буквальном смысле слова жрут ее живьем!

— Откуда… — прошептал я, не в силах отвести взгляда от развернувшейся картины. — Их же здесь не было…

— Да, — кивнул лысый.