Золотой шут

Толстый слой снега лежал на крышах и выровнял выбоины на мостовой, скрыл грехи города. Я шел по тихим улицам, и снег скрипел под подошвами моих сапог. Я почти пришел в себя, когда добрался до дома Джинны, но все же постучал в ее дверь. Возможно, мне ужасно нужен был друг, любой друг.

Я услышал, как спрыгнул на пол кот, а потом Джинна распахнула верхнюю половинку двери и выглянула наружу.

– Кто там?

– Том Баджерлок.

Она захлопнула верхнюю створку. Мне показалось, что прошло много времени, прежде чем дверь открылась.

– Заходи, – предложила Джинна, но в ее голосе я услышал равнодушие.

Я остался стоять на снегу.

– Мне не нужно заходить. Я просто хотел сказать, что ты была права.

Она посмотрела на меня.

– И ты пьян. Заходи, Том Баджерлок. Я не хочу впускать ночной холод в мой дом.

И я вошел. Феннел уже успел занять теплое место в кресле Джинны, однако приподнялся и неодобрительно посмотрел на меня.

Рыба?

Нет рыбы. Извини.

«Извини» – не рыба. Что проку от «извини»? – Он вновь свернулся в клубок, накрыв нос хвостом.

Я не стал спорить.

– Да. От извинений не много толку, но больше я ничего не могу предложить.

Джинна мрачно взглянула на меня.

– Ну, это лучшее из всего, что ты мне предлагал в последнее время.

Я стоял посреди комнаты, и снег медленно таял на моих сапогах. В камине потрескивал огонь.

– Ты была права насчет Неда. Мне следовало вмешаться гораздо раньше и прислушаться к твоему совету.

После долгой паузы Джинна ответила:

– Ты не хочешь присесть? Не думаю, что тебе следует сейчас возвращаться в замок.

– Ну не настолько же я пьян! – усмехнулся я.

– Похоже, ты недостаточно трезв, чтобы оценить, насколько пьян, – ответила она.

И пока я пытался разобраться в ее словах, Джинна предложила:

– Сними плащ и посиди.

Она убрала вязанье с одного кресла, согнала кота с другого, и мы оба уселись.

Некоторое время мы смотрели на огонь.

– Тебе нужно кое-что знать об отце Сваньи, – наконец прервала молчание Джинна.

Я неохотно встретил ее взгляд.

– Он очень похож на тебя, – спокойно продолжала она. – Ему требуется время, чтобы по-настоящему рассердиться. Сейчас он охвачен горем из-за поведения дочери. Но когда в городе пойдут разговоры, найдется немало «доброжелателей», которые начнут его подстрекать. И тогда на смену горю придет стыд, а потом ярость. Но она будет направлена не против Сваньи. Он постарается добраться до Неда, который обманул и соблазнил его дочь. К тому времени у него будут для этого все основания. К тому же он силен как бык.

Не дождавшись ответа, Джинна добавила:

– Я сказала об этом Неду.

Феннел вскочил ей на колени, заставив Джинну отложить вязанье. Она рассеянно погладила кота.

– И что ответил Нед? – спросил я.

Джинна презрительно фыркнула.

– Что не боится.