Шок-школа

Натаскивали мальчика Лешу, не давали ему отвлекаться на игры и мультики, не позволяли шалить, потому что шалости – это вредное безделье, день и ночь старательно впихивали в детскую голову кучу разной информации и пресекали беготню и прыжки, чтобы вся эта труха из ребенка не высыпалась.

– Почему вы забрали своего сына из Шоко-школы?

– Он не хотел учиться… Однажды просто взял и убежал на пруд, к уткам…

Конечно, он убежал от вас к уткам, думаю я. Утки не заставляли его гнуться над прописями и считать палочки – или что там сегодня считают первоклассники в элитной школе. Не удивлюсь, если доллары или эти… биткоины!

– Но это было ваше решение – забрать сына из Шоко-школы? Вас не вынуждали его принять?

Снежная Королева привстает на стуле, снова садится – волнуется, делает мужу знаки.

– Мы… Они… – Вешкин, глядя на супругу, поднимает брови, разводит руками – не понимаю, мол. Кое-как определяется с ответом. – Нас убедили, что так будет лучше.

– Учительница, школьный психолог, завуч, – Вешкин кивает на Крупкину.

Снежная Королева пальцами очерчивает в воздухе контур вертикального прямоугольника, ее непонятливый супруг спохватывается:

– Прошу суд приобщить к делу бумаги…

Я приобщаю бумаги. Почему же не приобщить… Это характеристика из обычной районной школы, где теперь учится Леша Вешкин, и заключение детского психолога. Судя по ним, никаких проблем у мальчика нет.

– Так бывает, – покровительственно улыбаясь Вешкину, говорит шоко-школьный завуч Крупкина. – Детская психика очень гибкая, пластичная. Простой смены обстановки оказалось достаточно, чтобы ребенок пришел в норму. Видимо, наша школа у Леши прочно ассоциировалась с перегрузками, избыточным умственным напряжением – к сожалению, некоторые родители из самых добрых побуждений, стремясь обеспечить ребенку лучшее будущее, слишком рано – еще до школы – нагружают его учебой. Попав в обычное учебное заведение, где требования к ученикам гораздо ниже, Леша расслабился и успокоился. В данном конкретном случае решение об уходе из Шоко-школы было, бесспорно, правильным, – Крупкина снова улыбается Вешкину – теперь уже одобрительно.

У нее поразительно широкий спектр улыбок. Не удивлюсь, если деловитая Вилена Леонидовна прошла какой-нибудь специальный курс – «Улыбка как средство эффективной коммуникации».

– А как случилось, что место Леши Вешкина в первом «А» классе уже на следующий день после его ухода из школы оказалось занято другим учеником? – спрашиваю я.

– Репутация Шоко-школы такова, что у нас нет недостатка в желающих обучаться, – теперь Крупкина улыбается горделиво.