Шок-школа

Пошло боюсь этого шумного агрегата – он ревет и пыхает паром, как сказочный дракон.

Уже улыбаясь, я наконец потянулась к папке с новым делом.

Папка тоже была будто из давних времен – картонная, серая, со шнурками-завязками.

Сколько работаю в суде, столько мне приносят от шефа эти серые папочки. Плевакин наш вообще любит все такое, как сказала бы моя модная блогерша, винтажное. Не знаю, откуда у него неиссякаемый запас бумажных папок, может современная судебная система унаследовала их еще после кассационного Сената – Верховного суда в Российской империи после судебной реформы Александра Второго в 1864 году…

Шнурки на папке были завязаны аккуратным кокетливым бантиком. Ишь ты! Еще бы надушенную сопроводительную записочку приложили.

Похихикивая, я развязала бантик, открыла папку… и перестала улыбаться.

Это были иски к Шоко-школе, поданные гражданами Вешкиным, Суриковой и Кузнецовой.

Я беззвучно выругалась и схватилась за телефон.

– Я работаю, – сквозь зубы процедила Натка.

Фоном звучало ожесточенное клацание: сестрица стучала по клавиатуре.

Жесткая у нее «клава», с мимолетным сочувствием подумала я, к концу дня голова должна раскалываться от этого стука. Редакционно-издательский центр называется, преуспевающая газета, кит медиабизнеса – нормальные клавиатуры сотрудникам купить не может!

– Ну? – сердито поторопила меня сестрица.

Я прогнала неуместное сочувствие и так же сердито сказала:

– Кстати, у нас есть сушки, – любезно проинформировал Дима, аккуратно подсовывая мне под руку чашку с ароматным кофе. – Не желаете?

– Гран мерси, – кивнула я помощнику.

И уже в трубку бросила сестрице:

– Я, чтоб ты знала, тоже работаю и, между прочим, как раз над твоим делом! Ты почему мне не сказала, что подала иск к Шоко-школе?

– Ну привет! – Натка, похоже, искренне удивилась, даже по клаве стучать перестала. – Ты же знала, что я собираюсь это сделать. Сама мне подбросила источник инсайдерской информации.

Я не сразу сообразила, что источником инсайдерской информации сестра витиевато назвала учителя Бехтеревича, чьи контакты я ей в самом деле выдала. Значит, Лев Александрович и впрямь рассказал Натке какие-то шокирующие подробности из шоко-школьной жизни.

– Ну да, я нашла соратников. Так сказать, объединила и возглавила, – сестрица довольно хмыкнула. – Ты чем недовольна-то?

– Ты еще спрашиваешь?!

– Сушки, – Дима деликатно подсунул мне блюдце с баранками в сахарной глазури.

Я признательно кивнула ему, злобно закусила одну сушку – твердая! – и, сама себе напоминая разъяренного быка с кольцом в носу, пропыхтела в трубку:

– Обязательно надо было подавать иск именно в Таганский суд?!

– А в чем проблема-то? – Натка притворилась, будто не понимает.