Шиворот-навыворот

Кого-то помог разорить, а у кого-то увести бизнес. Ты думаешь, все отказались от мести? Пока он был жив, то сам улаживал возникающие проблемы, или его заказчики. Сейчас я не желаю, чтобы весь этот навозный ком свалился мне на голову. И совершенно против, чтобы моим детям досталось такое наследство. А его заказчикам дела нет и не будет до семьи Иштвана Цагерта.

— Тебе что-то известно? — пробормотала Раиса Петровна.

— О чем-то он рассказывал, но большую часть своих дел держал в секрете. Но, поверь мне, мама, и малой толики моих познаний хватит, чтобы по возвращении домой нарваться на неприятности. Я не хочу.

— Тогда зачем перевозить его прах? Ничего не понимаю.

— Я любила его, — выкрикнула Лиля.

— Я тоже, — насуплено поддакнула Света, заслужив материнский поцелуй.

— И ты пойми, — снова обратилась Лиля к Раисе Петровне. — Помнишь, как в фильме ""Место встречи изменить нельзя""? Единственное место, где меня можно подкараулить — это у Иштвана. Рано или поздно я просто обязана там появиться. Но я сделаю ход конем. Не я приду к нему, а он приедет ко мне.

— Это паранойя какая-то. Мания преследования, — вздохнула Раиса.

— Согласись, это малая цена, чтобы полностью излечиться, — фыркнула Лиля.

— Но это и дополнительный крючок, за который тебя будет держать Арман, — в сердцах воскликнула Раиса Петровна.

— Я выхожу за него замуж и венчаюсь по католическому обряду, не подлежащему расторжению. О каком еще крючке ты говоришь? Одно это — стопроцентная гарантия нашего брака.

Лиля разрыдалась и кинулась прочь из комнаты.

Она помнила, как упала на кровать, захлебываясь слезами.

""Иштван. Черт бы тебя побрал. Как ты мог подпустить так близко Вову Нестерова? Почему подвела твоя хваленая интуиция?""

Следом в комнату прибежала Света и, забравшись на кровать, быстро прижалась к матери.

— Мамочка, ты вправду думаешь, что возвращаться опасно?

— Береженого бог бережет, Света, — прошептала Лиля.

— Так что же, мы никогда-никогда не вернемся в Россию?

— Не знаю, душа моя. Может, и вернемся. Но пока даже думать об этом рано. — Лиля покрепче обняла дочь, прижалась к щеке и тихонечко пропела: — Мы будем вместе. Все время вместе. И наша любовь не пройдет…

Арман остановил автомобиль. Лиля, нацепив на нос очки и поправив платок на голове, вслед за Арманом вышла из машины. Каблуки легких сапог тотчас же провалились в мягкий грунт. А юбка затрепыхалась от ветра. Арман прикрыл невесту от сильного порыва и нежно прошептал:

— Застегни куртку, мон ами, иначе заболеешь.

Лиля, застегнув косуху, вложила свою кисть в ладонь Армана. Он, словно маленькую, повел ее за собой, на ходу рассказывая о сортах винограда, об особенностях каждого склона, дающего неповторимый вкус знаменитого бордосского вина.