Шиворот-навыворот

С другой стороны, полное устранение Алисы имело бы смысл, вздумай Виктор жениться на старинной подружке. Но все осведомители заверили Армана, что между ними нет плотских отношений. И если бы не Лили, туго пришлось бы Пахомову одному с новорожденным ребенком. Но Лилия — истинное милосердие, взяла под свое крылышко и эту маленькую девочку.

Де Анвиль вспомнил недавний променад в парке.

Под ногами шелестели листья. Арман катил коляску с малышкой и думал о Лили. Естественно, она все поняла. И Таис тут ни причем совершенно. Он вспомнил, как она светски улыбнулась и разрешила остаться. Долго собирались на прогулку. Или Арману ожидание показалось слишком долгим, и он извелся весь от нетерпения. С какой же радостью он распахнул дверь перед нянькой, важно вышедшей во двор, чтобы положить его внучку в коляску. Следом за ней шла Лили, и он, не удержавшись, слегка провел ладонью по спине. Прикосновение вызвало бурю эмоций. Лиля вздрогнула, а он запоздало понял, что перед выходом на улицу не стоило этого делать. Хорошо хоть, длинное пальто скрывало пробудившуюся третью ногу. Дорогой Арман то и дело бросал взгляд на Лилю. А она спокойно везла в коляске сына. Малыш с интересом смотрел по сторонам и тискал плюшевого медведя.

Через полчаса после начала прогулки задремавшая было Тайка открыла глазки и, увидев рядом полузнакомого человека, зашлась громким ревом. Арман растерялся. Лили тут же пришла на помощь. Достав ребенка из коляски, принялась напевать незнакомую песенку. Арман не понял ни слова. Почувствовав тепло родного человека, малышка успокоилась и, всхлипнув, снова задремала.

— Девочка любит вас как родную мать, — тихо заметил Арман.

— Она другой не знает или не помнит, — печально прошептала Лиля.

Арман тяжело вздохнул, всматриваясь в блики огней за окном. Ему с трудом удалось признаться даже самому себе, что еще никогда он не совершал столько безрассудных поступков в течение одного дня.

Сначала прогулка в парке с младенцами. К дочери Алисии Арман не питал особых чувств. Честно сказать, ему хотелось провести время с ее опекуншей. Но, увидев, как нежна и добра к его внучке Лилия, он сам захотел стать для девочки настоящим дедушкой.

""Если бы вчера кто сказал, не поверил бы"" — мысленно удивился де Анвиль собственным намерениям. Потом он ел борщ и пил водку с Пахомовым, что само по себе приравнивалось к подвигу. Но что только ни сделаешь ради любимой женщины? А проснувшись на диване в чужом доме, сразу получил бонус. Лилия. Мягкая, добрая, вся такая податливая. Всего лишь несколько минут она лежала на нем, но он готов смаковать каждое мгновение, снова и снова ощущать ее тепло. И целоваться с нею — одно удовольствие.