Наследница в алых шелках

Возможно, о тех, где торгуют изысканными тканями. Конечно, не такими дивными, как эта. – Он указал на отрез.

Она ушла от мсье Бенуа с небольшим списком и заверениями в том, что он доставит покупки ей в гостиницу, дошла до сада Пале-Рояль и нашла скамейку, на которой можно было передохнуть.

Открыв ридикюль, Розамунда достала карманную карту Парижа и распахнула ее на отмеченной странице. Там была кружком обведена улица.

На этой улице жил Чарлз. Завтра она его навестит. Пришло время снова с ним повидаться.

Кевин пил виски, терпеливо ожидая часа, когда повезет Розамунду ужинать. Он мысленно перебирал все свои предыдущие разговоры с Анри Форестье. Почти не было причин полагать, что сегодняшняя беседа закончится соглашением, когда все прежние переговоры оказались безуспешны, но ему оставалось лишь постараться еще раз.

Как они с Розамундой договорились в Лондоне, если согласие не будет достигнуто, он продолжит работу без усовершенствований.

Перебирать мысли было непросто, потому что теперь у него в голове поселилась Розамунда и направляла их по неверному пути. На этот раз она манила его к фривольным фантазиям, и Кевин последовал за нею, пусть даже его ждало разочарование. Вскоре в нем проснулся животный голод, и в мечтах он вновь и вновь овладевал ею. Это грозило окончиться предсказуемым результатом, так что он заставил себя открыть глаза, встал и начал нервно разгуливать туда-сюда.

Поглядев на карманные часы, он понял, что погружался в эротические фантазии гораздо дольше, чем казалось, надел сюртук и через несколько минут появился у двери по соседству со своими апартаментами.

Камеристка предложила ему войти, затем попросила подождать в гостиной. Из гардеробной послышались приглушенные голоса. Затем дверь открылась, вышла камеристка, а за ней Розамунда.

Когда он ее увидел, его снова обуяли фантазии. На ней было платье из красного шелка, которое она заказала в тот памятный день у модистки. Родня шутила, что он никогда не следит за модой, но Кевин уделял ей достаточно внимания, чтобы иметь представление о самых свежих тенденциях. Талия чуть ниже, чем носят в Лондоне, подчеркивала ее пышную грудь. Широкое низкое декольте было изящным, но откровенным. Юбка, пошитая конусообразно, расширялась книзу и струилась при ходьбе, тогда как многие похожие платья сухо шуршали.

Еще ему бросилось в глаза отсутствие украшений. Женщины тяготели к богато украшенным вечерним платьям с массой оборок, кружев и прочего. Кроме кружевной оторочки на подоле и декольте, единственным украшением платья была сама Розамунда.

Камеристка зачесала ее белокурые волосы вверх к макушке, которую увенчивала диадема с крохотными бусинками.

Она потеребила ридикюль, также украшенный бисером.