За тридцать тирских шекелей

Росина поднялась на сцену, передала голубя Чезаре, тот поднял птицу над головой в обеих руках, затем опустился на колено, держа ее в левой руке, положил на подмостки, а правой вынул из голенища кожаного сапога кинжал с широким блестящим лезвием и, картинно взмахнув, обезглавил несчастного голубя, брызнула кровь… Публика замерла в ожидании чуда, потому что ничего хитрого в том, чтобы зарубить голубя, нет, а значит, дело не могло этим закончиться. И «чудо» не заставило себя ждать.

Дело в том, что голова птицы была предварительно засунута под крыло и там привязана. А ее роль сыграла голова съеденного вчера голубя и рыбий пузырь, наполненный красной краской. Издали все выглядело вполне естественно: по доскам ударил нож, из пузыря вылилась «кровь», Чезаре поднял «отсеченную» голову двумя пальцами и показал зрителям. Росина сняла с себя обмотанный вокруг талии большой красный платок, расправила его в руках, повернула одной стороной к зрителям, затем другой, демонстрируя, что в нём ничего нет, и накрыла им живехонького, но испуганного голубя. Чезаре незаметно высвободил его голову, и как только он снял скомканный платок, голубь тут же взвился ввысь. Восторженная публика заулюлюкала, подгоняя криками птицу всё выше. Чезаре бросил платок вниз, прямо в руки Грации, и вместе с Росиной они поклонились зрителям.

– Следующий номер: «Отсечение головы Иоанна»! – объявил Чезаре.

Джузеппе занял свое место под столом, точнее, внутри него. Потому что стол этот был необычным: между столешницей и полом находилась ещё одна доска, на которой, как на шестке, и расположился Джузеппе. Почти до самого пола стол был закрыт красной скатертью, при этом было видно, что на полу под ним ничего нет. В скатерти, как и в столешнице, были проделаны два круглых отверстия."

"Чезаре и Росина, подняв с двух сторон стол с Джузепппе внутри, вынесли его на сцену. Вышла на сцену и Грация. После реверанса зрителям она легла на стол ничком. Чезаре обошёл стол кругом, стал перед ним спиной к зрителям, из-за широкого, золотого цвета тряпичного пояса вытащил тесак и, взмахнув им, сделал вид, что отрубает голову. Испуганный возглас пронёсся над толпой зрителей. Грация, скрытая от взора публики телом Чезаре, опустила голову в отверстие. Джузеппе видел, как её светлые волосы свесились у его ног. Чезаре незаметно вынул из-за пояса деревянную накладку, выкрашенную красной краской как кровью, и водрузил её на шею Грации. Затем будто бы подняв отрубленную голову, не поворачиваясь, он прошёл вдоль стола к ногам Грации, а Джузеппе в это время высунул свою голову в отверстие.

Чезаре отошёл в сторону и показал зрителям «отрубленную» голову, якобы только что положенную им у ног «обезглавленного» тела.