Еще один шанс

Снег был глубиной им по грудь, так что скорость передвижения у волков была небольшая. Первыми по следу шли самые сильные звери. Охотники. Старые волки и волчицы держались в середине стаи.

Первая стая уже вышла на поляну и принялась крутиться вокруг кровавого пятна, жадно хватая окровавленный снег. Вторая стая, не желая уступать добычу, развернулась веером и с ходу пошла в атаку. Похоже, звери крепко проголодались. Дождавшись, когда все волки окажутся на поляне, Мишка выцелил одного вожака и нажал на спуск.

Тут же загрохотали выстрелы остальных охотников. Спустя пять минут от двух стай остались одни воспоминания. Спустившись с дерева, Мишка мрачно осмотрел это побоище и, покачав головой, повернулся, выискивая взглядом Торгата. Охотник сам подошёл к нему и, вздохнув, тихо сказал:

– Плохая охота, парень. Но люди должны жить.

– Потому и предложил тебе так сделать, – согласно кивнул Мишка. – Скажи парням, чтобы мои шкуры отдали женщинам на выделку, и пусть соберут клыки.

– Хочешь ожерелье сделать? – удивлённо спросил хант. – Твоё богатым будет. Все сразу увидят, что ты охотник.

– Хочу память себе оставить, как пришлось сделать, чтобы голода не было, – качнул Мишка головой.

– Хорошо. Сделаем, – одобрительно кивнув, пообещал хант.

В том, что женщины сделают ему всё как нужно, Мишка не сомневался. Став регулярно приезжать на заимку, он обеспечил их большим количеством цветного бисера, за что его стали считать не просто другом, а настоящим помощником. Ведь девушка, имевшая красиво расшитую одежду и пояс, имела все шансы удачно выйти замуж. В общем, акции Мишки в племени котировались очень высоко, и любая его просьба выполнялась с особым тщанием.

* * *Три недели пролетели незаметно. К собственному удивлению, Мишка вдруг понял, что один раз ему в станицу съездить придётся. Увезти гостинцы, уже выделанные шкуры и бочонки с копчёной медвежатиной. Последнее лишним дома точно не будет. К тому же он не забывал и про данное тётке слово помогать Марфе. Так что, увязав поклажу, парень уговорился с Торгатом, что Илкен присмотрит несколько дней за заимкой, и запустил мотор аэросаней.

Вообще, это действо было достойно отдельного упоминания. Не имея аккумулятора и нормального лака для изоляции, Мишка вынужден был запускать мотор вручную. Намотав шнур с деревяшкой на передний шкив, он делал сильный, но плавный рывок, раскручивая маховик, после чего мотор запускался. Но на морозе, прежде чем приступить к этому действу, ему приходилось проделывать ещё кучу всяческих действий.

Разжечь керосиновую лампу и, подсунув её под масляный картер, дождаться, когда масло прогреется. Попутно небольшим факелом отогревая топливопровод и топливные баки. В общем, возни часа на полтора.