Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

– Муун яшшл тии ссошши…

– Никаких сюрпризов не оставил?!

– А Генеральный Поводырь ничего не готовит коварного?

– Он может принимать любую форму…

«Роман Евлампиевич, – возник в голове бестелесный голос Олега Харитоновича, – быстро на корму! «Мир“ ушёл под воду, но он, судя по всему, заминирован!»

Роман сунул ремень Фурсенюка Ылтыыну.

– Береги как зеницу ока! Он сейчас сорвётся с катушек, поэтому лучше всего свяжите гада. Иначе он всех загипнотизирует и уйдёт!

– Наверх, Харитоныч сказал, что «Мир» заминирован.

Роман выскочил из каюты, жестом показал подсунувшемуся Афанасию на дверь:

В коридоре лежали на полу пять тел: парни в штатском и связанные телохранители Фурсенюка, в том числе и референт министра. Её лицо было изуродовано выстрелом в упор, хотя при этом из раны вытекала не кровь, а светло–зелёная жидкость. Пятеро парней в масках и два матроса приглядывали за лежащими, направив на них стволы пистолетов–пулеметов.

– Киборг, бля, – криво усмехнулся Афанасий, кивнув на женщину. – Пришлось стрелять, она уложила двух наших.

– Осторожнее с министром, он фрустирован, но непредсказуем!

Роман метнулся по коридору к лестнице, однако ему дорогу преградили два матроса. Один был вооружён ножом, второй самым настоящим гарпуном. Глаза у обоих были мутные, о т к л ю ч ё н н ы е.

Роман рассчитал атаку, подумав: не позвать ли на помощь Алтына? – но его опередили.

Мимо промчались два парня из тех, что связывали телохранителей министра, и уложили матросов в течение двух секунд, не применяя своего более серьёзного оружия.

Роман выскочил на палубу.

Здесь царила тишь да гладь, да божья благодать.

«Мир» уходил в глубину озера. За ним наблюдали с кормы два десятка человек. Матросы на лодках опускали вслед за аппаратом какие–то приборы. Парни в штатском стояли вдоль бортов, неподвижные как статуи. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: они – все! – в данный момент находятся под сильнейшим гипнотическим воздействием.

Рептилоид был здесь, на борту судна, не стоило и сомневаться. И именно он сейчас командовал (на мыслеволевом уровне) всей процедурой погружения.

Роман протянул к ещё видневшемуся сквозь толщу воду «Миру» усик телепатического «рецептора».

Заныли зубы! Олег Харитонович был прав: батиплан нёс в своём чреве взрывное устройство, способное не только взорвать «Мир», но и уничтожить объект посолидней, к примеру крейсер, или – лемурийскую Колыбель.

– Его пеленают наши десантники, Афанасий приглядывает.

– Понял, зови Харитоныча, я к своим.

– Учти, эта нелюдь способна подчинить себе любого!

– И ещё у него какой–то унц.

Ылтыын нырнул в ближайший межпалубный переход.

«Олег Харитонович, я сейчас остановлю «Мир».