Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Зато хорошо запомнил географические данные по всему маршруту следования от Москвы до самой платформы, а также узнал все особенности океана в месте её установки и технические характеристики самой конструкции.

Утром двадцать шестого июля спецгруппа Центра в составе семи человек была готова к путешествию в Арктику.

Афанасий взял с собой заместителя, майора Эрика Шаймиева, четверых экстрасенсов, проверенных в деле: Джокера, Криста, Зюму и Зяблика, – и квартирьера Тараса Двигуненко, игравшего также роль сотрудника, обеспечивающего безопасность группы. Двигуненко пришёл в ФСБ из спорта, будучи классным борцом–вольником, мастером спорта международного класса, чемпионом Европы в среднем весе, и уже зарекомендовал себя с самой лучшей стороны.

После короткого инструктажа группа села в микроавтобус, который к двенадцати часам дня доставил всех на военный аэродром в Кубинке.

Здесь всё было стандартно: часовое ожидание, посадка в самолёт через спецтерминал, размещение группы в грузовом отсеке бывшего бомбардировщика «Белый лебедь» («Ту–160»). Кроме команды Вьюгина, пассажиров не оказалось, хотя отсек был заполнен синими контейнерами всего на треть, и в нём можно было разместить ещё два десятка человек.

Взлетели в начале второго.

– Что в программе? – задал необязательный вопрос суетливый, остроносый, небольшого роста Зяблик.

– Вино, коньяк, девочки, – пошутил черноволосый Крист.

– Девочки у меня давно выпали из программы, – отмахнулся Зяблик. – Знаешь, сколько мне лет?

– Почти угадал – восемьдесят один.

– Правда, командир? – спросил Крист.

– Правда, – кивнул Шаймиев. – Хотя это секретные сведения.

– Предлагаю всем поспать, – сказал Афанасий. – Лететь долго, а отдыхать не придётся вовсе.

– На обратном пути, – пообещал Шаймиев.

Вскоре все угомонились, затем кто–то взялся за книгу, кто–то приник к иллюминатору, кто–то действительно заснул. Экстрасенсы давно привыкли к командировкам в разные концы России и не ворчали, как прежде, о слишком частых сборах. Они были энтузиастами своего необычного ремесла и верили, что вершат благие дела.

Полторы тысячи километров от Москвы до Нарьян–Мара самолёт преодолел за один час сорок минут. Сели в аэропорту без десяти минут три.

Нарьян–Мар, с ненецкого – Красный город, располагался за Полярным кругом, в низовьях Печоры, в ста десяти километрах от побережья Баренцева моря. Но сам город пассажирам «Белого лебедя» рассмотреть не удалось, помешали облака.

Аэропорт принадлежал Министерству обороны России, хотя на нём садились и гражданские самолёты, а когда отремонтировали взлётно–посадочную полосу, он стал обслуживать и крупные среднемагистральные воздушные суда.