Шалости хтони

Муся стремительно развернулся к новым рекрутам, распахнул рот и гаркнул так, что даже Джокер нервно вздрогнул:

— Шо встали, мелкие хлюпики⁈

— Мы не… — попытался возмутиться Первый, но теперь это стало категорически бесполезно.

— Молчать!!! Упор лёжа принять! Сейчас я узнаю, соответствуют ли ваши мускулы вашей храбрости и наглости! Отжались — раз! Отжались — два! И только посмейте упасть! Отжались — три!.. Это упор лёжа⁈ Это упор лёжа⁈ Это гора Арарат! Убрал жопу свою! Вот так!..

— Пошли, что ли? — ухмыльнулся Бизон. — Твои кабанчики, Игорь, в надёжных руках. До завтра не встанут.

И они ушли, оставив бедных рекрутов на произвол одного рыжего героя.

Глава 3

В ночь нашествия Хаоса

На Пареке весь вечер было неспокойно. И без того не слишком уютный узел начинал казаться филиалом городка из фильма ужасов. Даже выйти из дому без оружия было страшно.

Но сидеть дома было ещё страшнее. Поэтому Альберт достал верный ПМ и принялся снаряжать обойму.

— Светка! — крикнул он. — Светка!

— Ну что ты орёшь? — спросила жена, выходя из закутка, который у них служил детской комнатой. — Мне сколько Митю укладывать?

— Не надо его укладывать! — отрезал Альберт.

Он неожиданно понял, что руки у него трясутся. И вовсе не потому, что он боится за свою жизнь. Если бы боялся — не пошёл бы работать в полицию в мире Порядка. Руки у него потряхивало из страха за жену и сына. Как их защитить? Как уберечь?

Восемь патронов в обойме — это очень мало. Особенно вечером. Особенно когда страшно. Поэтому из стола показались запасные обоймы и горсть патронов.

— Не уснёт же, когда темно станет! — возмутилась Света, но, заметив, чем занимается муж, побледнела и зло спросила: — На войну собрался? Зачем тебе оружие?

— Неспокойно мне, Светка! Очень неспокойно! — признался Альберт, положив снаряженный пистолет на стол и повернувшись к жене.

— Ну что опять случилось? — присаживаясь рядом, спросила она с очень серьёзным, а оттого очень смешным выражением лица."

"— Вчера ночью на Болотной улице три семьи вырезали, — со вздохом начал рассказывать Альберт то, о чём раньше старался молчать. — Полностью… Следы повреждений — когти. Все трое — тёртые калачи. Охотники. У всех оружие имелось. Соседи слышали выстрелы ночью, но в туман никто не решился высовываться. Помнишь Вадика?

— Это у которого жена такая была?.. — Света рукой показала на шею. — С каре чёрным-чёрным?

— Нету их больше. Его семью всю вырезали за ночь, — ответил Альберт. — И позавчера так, и поза-позавчера так. Уже месяц как люди умирают по ночам…

— Но у нас-то вроде спокойно, — неуверенно заметила жена.

— Я домой шёл, а на улице старая карга эта, Унно, сидит и смотрит на меня рыбьими глазами, — вспомнил Альберт. — Она весь день дома сидела, а под вечер вышла. И сидит. Смотрит. Взглядом провожает.