Наследник для Шаха

Шпала — так его называли за столом. Парень опускает ко мне лицо и улыбается. Гадко как-то. У меня от этой ухмылки мороз по коже.

Так и хочется огреть урода между ног, чтобы отвалил, но гадкий мажор предусмотрительно встал так, что мне не пошевелиться, не продохнуть.

— Отпустите немедленно, — говорю четко, голос не дрожит даже.

С подобными типами нельзя показывать, что напугана, иначе войдет в раж. Чувствую это. Поэтому стараюсь вести себя спокойно.

— Немедленно отойдите!

Не реагирует, наклоняет голову к плечу и изучает меня, скользит взглядом по моему лицу. Мерзко. Словно паук своими тонкими ножками пробегается. Фантомное ощущение, но от этого не менее гадкое.

— Бойкая, да?

Приподнимает бровь, дыхнув на меня омерзительными парами перегара. Ему нравится загонять жертву. Он кайфует от своей силы. От этих мыслей волоски на загривке поднимаются. Значит, парень любит насилие и практикует.

Сглатываю.

— Вы понимаете, что нарушаете кодекс клуба «Азимут»! Я расскажу обо всем руководству!

Ляпаю наугад. Костик говорил, что Байсарова как черта боятся, вот и пытаюсь давить тем, что имею.

— Ты весь вечер игнорировала мой стол, хотя я просил менеджера, чтобы именно ты отрабатывала… — продолжает улыбаться, ощущая свою безнаказанность и наслаждаясь моей паникой.

— Послушайте, зал полон гостей. Мы не работаем с конкретными столами, заказ берет тот, кто поблизости.

Бред. За девочками закреплены столы. Но я просто не могу сказать этому оголтелому ублюдку, что мне было противно обслуживать их компашку.

Опасно сказать такое.

— Нет, зай, это ты послушай меня. Сейчас мы по-быстренькому решим наши с тобой вопросы, и ты дальше пойдешь…

Ржет, а я злюсь. Вскипаю просто.

— Отвали от меня! Я сейчас закричу и сюда прибегут охранники!

Улыбается. Широко. Гадко.

— Знаешь, «Азимут» шикарный клуб. Дорогой. И здесь в ВИП-ах полная звукоизоляция, — склоняет голову еще сильнее, а я вжимаюсь в стену, — да и через рев битов и толпы ты фиг до кого докричишься, детка, так что давай по-быстрому и свободна.

В шоке смотрю в веснушчатое лицо парня, ощущаю, как его руки приходят в движение и начинают скользить по моему телу.

Словно холодная змея проскальзывает.

Симпатичный, в принципе, парень вызывает ужас и желание отмыться от его касаний.

— Отпусти! — рявкаю и бью парня кулаками в грудь, пытаюсь сдвинуть, чтобы хоть как-то выбить себе пространство для маневра, чтобы бежать вниз по лестницам в толпу, к охранникам, которые остановят чокнутого придурка.

— Дерзкая кошечка, — улыбается и в глазах вспыхивает огонь, — не набивай себе цену, краля. Бабок дам.