Наследник для Шаха

Я не знаю специфики меню “Азимута” и опыта конкретно в работе официанткой у меня нет. Я больше закулисный сотрудник, который не стремится к общению с вашими ВИП-клиентами.

Вот здесь я точно не лгу. Общения с одним таким ВИП-ом мне хватило за глаза. Сыта я богатеями, которые покупают и продают человеческие жизни и судьбы по щелчку."

"Заноза в сердце так и застряла, я до сих пор не могу забыть Шаха. А встречаться с ему подобными… чревато. Да и его могу встретить в посетителях. Я-то Шаха узнаю, а вот он меня нет. И это больно и обидно. Я из тех наивных дур, которые хотят быть единственной для мужчины, которого полюбили…

Даже мысленно спотыкаюсь на этом слове. Глупость. Секс не повод для знакомства — так ведь говорят. Так что пора закаляться в плане чувств и эмоций.

Опять улыбаюсь женщине.

— Всего хорошего, Жизель Игнатовна, благодарю, что уделили мне время.

Разворачиваюсь и иду к дверям, но меня окрикивают:

— Погоди, Журавлева. Не спеши.

Смотрю на женщину через плечо и поднимаю брови, не ожидала, что окликнет.

— В посудомойки пойдешь? Оклад значительно меньше и пахать придется знатно. Посудомоечные машины есть, но много чего и ручками отмывать придется.

Предложение распорядительницы «Азимута» вызывает счастливую улыбку на губах, и я отвечаю четко:

— Пойду… конечно, пойду!

— Ну вот с таким настроем и приступим. Только имей в виду: хозяин человек педантичный во всем. Каждый винтик в иерархии империи Байсарова работает в слаженной системе. Тебе сейчас идут навстречу. Нужно соответствовать.

Уверенно проговаривает распорядитель клуба, на что я киваю, в глубине души все же немного удивляюсь. Такая пламенная речь, словно меня менеджером берут работать, а не простой посудомойкой, которая и носа к гостям клуба не высунет.

— Все понятно? — задает вопрос.

— Да.

Женщина хмурит идеально нарисованные брови, рассматривает меня. Не знаю, настоящее ли у нее имя или творческий псевдоним, а может, родители были фанатами творчества Адана и заядлыми фанатами балета “Жизель”, как знать?!

Я вот всегда мечтала попасть на спектакль в Большой театр, помню, как пришла к кассам, окрыленная мечтой побывать в Большом, но когда увидела цены на билеты, поняла, что не светит.

Вообще. Ни в каком обозримом будущем.

Все же столица на глянцевых картинках и Москва в реальности совершенно иная…

— Костя! — кричит Крупская и откуда-то из боковой двери появляется молодой парень. Симпатичный. Вихрастый. В идеально отутюженной белой сорочке и темных классических брюках со стрелками.

Лицо у него светлое и когда он смотрит на меня и приветливо улыбается, на его щеках появляются ямочки. Такой красавчик. Немного журнальный. Например, Шах совершенно иной. Мужественный. Брутальный.