Наследник для Шаха

Не зовет подмогу, охранников, чтобы отдать ношу.

Делает ровные четкие шаги, дыхание даже не сбивается. Чувствую, как слабость отходит. Дышу свежим воздухом.

— Я…

— Что?

— Я могу сама идти. Прошла уже слабость.

Бросает на меня косой взгляд, хлесткий, заставляет опустить свои глаза и прикусить губу, проходит рядом с одним из своих секьюрити, которые смотрят сквозь нас. Подходит к дому, а я краем глаза замечаю Зухру. Женщина сразу же опускает голову при виде нас.

Аслан, так же не отпуская меня из рук, направляется вверх по лестницам. В мою комнату. В два шага проходит вглубь и опускает меня на кровать.

Жду, что отойдет, но он не выпрямляется. Упирает массивные кулаки в подушку по обе стороны от моей головы, а я замечаю, что мужчина не так спокоен, как казалось, у него вена на лбу вздулась и пульсирует.

Глаза горят на смуглом лице и мне становится страшно…

— Часто ты в обморок падаешь, Аийша? — хмурится, всматривается в мое лицо, словно ответы ищет.

— В последнее время бывает, наверное, беременность сказывается.

Кивает, соглашается.

— Как себя чувствуешь сейчас? Нигде ничего не болит? — рука приходит в движение и опять играет с моей прядкой, отбрасывает локон в сторону.

— Сейчас нет. Уже прошло, все хорошо…

— И что мне с тобой делать, маленький журавлик? — Аслан наклоняется и опять накрывает мои губы своими, но на этот раз его поцелуй не алчущий и жадный, лишающий дыхания, а легкий, просто касание горячих губ, словно клеймо, и касание языка, будто хищник лизнул.

Отстраняется, опять смотрит в мои глаза, и огромная рука ласкает мою скулу.

— Спи, Полина, завтра же тебя осмотрит врач.

— Все прошло, — отвечаю робко, но мужчина выпрямляется.

— Это не переговоры, Аийша, завтра ты поедешь в поликлинику на осмотр и полную проверку. Ты носишь моего ребенка, а твоя слабость мне не нравится. Надо понять, что с тобой действительно все хорошо.

Отходит от кровати. Выключает свет. Открывает дверь и на секунду замирает в дверном проеме, а я наблюдаю, как свет рисует контур мощной фигуры мужчины. Аслан словно прилагает усилия, чтобы сделать шаг и оставить меня одну в комнате.

Поворачивает голову и смотрит на меня через плечо, а я от него глаз оторвать не могу, что-то есть в нем демоническое, вселяющее ужас, но это нечто мужчина умеет держать в узде.

— Сладких снов, Журавлик.

Шах выходит и отсекает полоску света, прикрывая за собой дверь, а я закрываю глаза, думаю, что не смогу уснуть и мне предстоит ворочаться всю ночь, но стоит мне закрыть глаза, как сладкая дрема окутывает и улыбка появляется на губах.

Сегодняшний вечер словно переломил что-то во мне, убрал страх, который я испытываю перед восточным мужчиной.

Не полностью, но все же.