50 и один шаг назад

И я даже не замечаю подлетевшую к нам девушку, сегодня только в обычном платье футляр, и поклонившуюся Нику. Я как в фильме смотрю на лестницу, по которой сбегает обезумевшая девушка. Она пробегает сквозь меня, и я всхлипываю, цепляясь, за руку Ника на моей талии.

– Крошка, тише, – он поворачивает к себе моё лицо, и я уверена, что мои зрачки от страха расширены, а губы иссушены.

– Мы можем уйти, – предлагает он.

– Нет, всё нормально. Просто всё… пошли, – я поворачиваюсь и выдавливаю из себя улыбку для девушки, наблюдающей с огромным интересом за действиями Ника.

– Хорошего вечера, Мастер, – нам в спину летят пожелания, когда мы останавливаемся между двумя залами.

– В тот раз ты была здесь, – Ник указывает пальцем на правый зал, и я киваю.

– Я видел видеозаписи. Это зал, предназначенный для людей, практикующих переодевания, пет-плей1, как и неодушевлённых предметов. Но есть второй зал, для таких как я или же, обычных Топов, – медленно объясняет Ник, и я как болванчик киваю, пока он ведёт меня к новой комнате.

Опускаю голову, выхватывая взглядом свою грудь, так виднеющуюся сквозь белую ткань, и мне хочется прикрыться, или же просто убежать. Но мы останавливаемся практически в центре, а под моими белыми туфлями чёрный мягкий ковёр. Мой взгляд медленно поднимается вверх, и я выдыхаю от шока, пронзившего тело.

Многочисленные женщины и мужчины, одетые в нормальные костюмы и платья, без каких-либо извращений. Да, иногда платья девушек и женщин несколько откровенны и вульгарны, но они одеты, украшены блестящими в свете огней и ламп бриллиантами и другими драгоценными камнями. Они выглядят как нормальные люди, выпивая какие-то коктейли из бокалов, смеясь и наслаждаясь музыкой, более сочной, чем в другом зале. Хрусталь тёмного цвета, мрамор и металл. Комната должна давить своей чернотой, но контраст с белыми стенами и серебром вокруг просто невероятно элегантно смотрится, что я невольно улыбаюсь, чувствуя, как всё во мне расслабляется.

– Не могу поверить, – шепчу я.

– Нравится? – Спрашивает Ник, кивая проходящей паре, с улыбкой, осматривающей нас.

– Тут иначе… я…я просто в шоке. Я не знаю, что сказать. И здесь можно поужинать? – Как в музее рассматриваю каждого присутствующего, а особенно столики, как в ресторане, стоящие за тёмным занавесом, который на секунду открылся, выпуская оттуда официанта.

– Конечно, можно. Это дом, предназначенный для наслаждения. Иногда хватает самой атмосферы, знакомых лиц и обычного разговора, чтобы снять с себя напряжение, которое накопилось. Многие здесь чуть ли не живут в свои критические моменты жизни, поэтому у нас есть спальни, есть кухня, есть шеф-повара. Здесь есть всё для жизни.