Мертвый сезон в раю

Соседка улыбнулась и с готовностью закивала.

— Конечно, я тебя слушаю. — А сама метнула взгляд в сторону Тэйта, видит ли он, какая она милая и добрая с окружающими.

Тщетно: тот на них не смотрел, очевидно, уйдя глубоко в себя.

Уголки губ Инессы печально поползли вниз.

— Я хочу попросить тебя не рассказывать своему дяде о том, что произошло этой ночью, — сказала Элинор, снова переводя внимание на себя. — И не только ему.

— Что? — Соседка округлила глаза и дернулась, будто ее чем-то огрели. — Ты шутишь?!

Эль пожала плечом: хотела бы пошутить, но нет. Да и после случившегося ей было не до шуток.

Во-первых, она несанкционированно пошла на кладбище. Во-вторых, не доложила начальству о намерении соседа совершить там нечто преступное. В-третьих, не вызвала подмогу, пока было можно. В-четвертых, применила рунную магию, которая, вообще-то, считалась крайне опасной и знание которой отец строго-настрого велел не афишировать. В-пятых… Черт возьми, в-пятых, она чуть не убила Тэйта! Большее фиаско даже представить сложно.

Впрочем, большим фиаско было бы, если бы один из них все же не вернулся с «прогулки» на своих двоих.

Но все выжили, и теперь нужно было разгребать последствия, причем как можно скорее.

Элинор даже зажмурилась, представив, что будет, если обо всем произошедшем узнает глава гильдии. В том, что он немедленно напишет лорду Викандеру, не было ни малейшего сомнения. А отец… Вэйд, конечно, сам получит от него по первое число за то, что творится у него под носом, но и Эль не останется безнаказанной — как пить дать отправится домой первым же судном.

Поэтому нет, раз уж ночной патруль не заметил ни вспышки, ни изменения магического фона и не примчался выяснять, что стряслось, она была намерена выкручиваться, а не каяться. Каяться — это уже на крайний случай.

— Ну, все ведь кончилось хорошо? — Элинор выдавила из себя улыбку, заискивающе заглядывая Инни в глаза. То, что та сидела на кровати, а Эль перед ней на корточках на полу, играло ей на руку — просящий взгляд снизу вверх наверняка смотрелся весьма эффектно.

— Ну-у, — замялась Инесса. — Я не зна-а-аю…

Черт ее, расскажет же, первым делом, с самого утра — расскажет.

Эль досадливо закусила губу и обернулась, бросила взгляд на Тэйта. Тот так и сидел и, кажется, не видел и не слышал ничего вокруг себя.

— Его вышвырнут из гильдии и лишат пенсии, — решилась Элинор на крайние меры, теперь ее голос звучал твердо. — А может, вообще посадят. Ты ведь понимаешь, что Тэйт совершил преступление?

Инесса ахнула и поднесла ладонь к губам.

— Но я думала…

— Ему конец, — мрачно подтвердила Эль. — Он же тебе не безразличен, правда?

Инни быстро-быстро закивала.

Тэйт вдруг резко поднялся, громыхнув стулом, и вышел из комнаты.

— Он нас слышал? — в ужасе прошептала Инесса.