Сезон охоты

Дразнящие губы утыкаются в моё ухо, заставляя с рычанием сжать такое желанное тело. Ноги держат плохо. И спина моя упирается в каменную стенку. Мара давит на плечи, я присаживаюсь на гладкий выступ в стенке чаши. И она садится верхом…

– Итак… Сказка.

Не открывая глаз, пытаюсь поймать её ускользающие губы и натыкаюсь на улыбку. Впиваюсь в шею, облизывая её чуть солоноватую кожу. Это очень хорошо… Это волшебно… Это совершенно отключает мозги!

– Пошёл как-то Иван-царевич Марену спасать… – скользят её губы по моему лицу. – Не то чтобы царевич не чувствовал, что Марена сама всех порвёт и по ветру пустит… Чувствовал ведь?

– Я не знаю… – шепчу ей. – Я не знал. Не был уверен… Быть может, мне хотелось почувствовать себя нужным тебе."

"– В общем, манило его к Марене нечто гораздо более мощное, чем забота. И как только возник повод, царевич оседлал коня и помчался. Да, Ванечка?

– Да… – сдаюсь я её смелым рукам.

– Очень уж хотелось ему ещё раз Марену спасти.

– Очень…

– А знаешь, что самое сказочное в этой сказке? – шепчет она, постанывая и извиваясь в моих руках. – Спасёт.

Спасу? Разве нужна ей моя помощь? Бригада как на крупной тёрке крошится…

Мой член упирается ей в живот. Обхватив его рукой, я приподнимаю Мару за бёдра. Провожу им между её ног и упираюсь наконец-то в точку назначения.

– От чего?

– Царевич знает, что такое лестница Пенроуза?

– Нет… – подаюсь бёдрами вверх.

С улыбкой уворачивается.

– Это невозможная фигура. Геометрический софизм. Излом логики пространства… Невозможно понять, куда ты двигаешься по этой лестнице: вверх или вниз…

Покачивая бёдрами, медленно давит вниз, устраиваясь на мне. И наши стоны сливаются. Горячая теснота сжимает меня. И это так проникновенно и безгранично, что я забываю, где я и кто я, растворяясь в этом ощущении.

– … Где точка отсчёта… Нет ни входа… Ни выхода…

– Мара… – с шипением жалобно умоляю её. – Я всё равно ничего не понимаю… Давай заканчивать сказку!

Закрывая глаза, тяну её за талию. И всё очень нежно и ласково. Наши пальцы сплетаются в замки. И губы наконец-то встречаются полноценно. Мои мышцы подрагивают от нетерпения. А в голове, на заднем фоне, проносится очень много всего разного. Например, про то, что это не самая удачная поза без резинки. Я не смогу проконтролировать себя. И ещё то, что если они вдруг решат подняться вслед за нами на этот камень, то мы окажемся совершенно беспомощны. И ещё что-то про «слепим из глины»… Но оно всё пролетает, не цепляясь. В голове моей звон и фейерверки! И мы двигаемся… Наконец-то! Да!!

Я обхватываю её лицо ладонями, чтобы не терять губ. И неожиданно быстро меня сносит в бесконтрольные волны накрывающего удовольствия.

– Мара, Мара… – бормочу я, кусая губы и зажмуриваясь.