Северное сияние

Лира чувствовала, что весь этот мир тоже остается позади, слишком уж отрешенным и погруженным в себя становился ее взгляд, слишком уж высоко они поднялись над землей, слишком пугающим и непривычным был свет, который их окутывал.

— Йорек, — тихонько сказала девочка, — ты обещаешь найти Ли Скорсби?

— Я разыщу его, живого или мертвого.

— И если тебе доведется встретиться с Серафиной Пеккала, то…

— Я расскажу ей про то, что ты сделала.

— Спасибо тебе, Йорек, — шепнула Лира.

Они снова ехали молча. Лира чувствовала, что впадает в какое-то странное оцепенение, нечто среднее между сном и явью; такой вот сон наяву, и ей снилось, а может, и не снилось, что она мчится на медведях в город среди звезд.

Она уже открыла рот, чтобы рассказать об этом Йореку, но медведь вдруг замедлил шаг и замер.

— Следы ведут дальше, только мне не пройти.

Лира соскочила на землю и встала рядом с Йореком. Теперь и девочка увидела, что они находятся на краю бездонной пропасти. Трудно сказать, что это было: может, трещина во льдах, может, горная расщелина, да это и неважно. Важно было другое: там, внизу, у них под ногами, зияла бездна.

Следы упряжки лорда Азриела не обрывались на краю, а вели дальше, через пласт спрессованного снега, образовавший над пропастью подобие моста. Нартам удалось проскочить, и мост выдержал, но теперь на дальнем его конце, который примыкал к противоположной стороне расщелины, четко темнела трещина, змеившаяся поперек; кроме того, участок снега ближе к Лире и Йореку тоже просел сантиметров на тридцать. Если девочка еще могла попробовать перебраться на ту сторону, то Йореку об этом и думать было нечего. Под тяжестью панцирного медведя снежная перемычка обрушилась бы мгновенно.

Следы полозьев вели через мост и дальше, вверх по горной круче.

Медведь и девочка понимали, что если она идет дальше, то идет только одна.

Лира повернулась в Йореку:

— Я пойду. Спасибо тебе. Спасибо за все. Я не знаю, что будет, когда я его догоню. Я вообще не знаю, что с нами будет. Я не знаю, вернусь ли я назад. Но если я вернусь, я обязательно найду тебя, Йорек Бьернисон, владыка Свальбарда, и отблагодарю, как подобает.

Он ничего не ответил.

Лира легонько опустила ему руку на голову, они стояли, не шевелясь, потом медведь еле заметно кивнул и ласково прогудел:

— До свидания, Лира Сладкогласка.

Чувствуя, как от любви и печали рвется в клочья ее сердце, девочка шагнула на мост. Снег под ногами предательски скрипнул. Пантелеймон вспорхнул с ее плеча и, перелетев через расщелину, замер на противоположной стороне, маня девочку к себе. Лира осторожно сделала шаг, потом другой.