Северное сияние

Страшные раны зияли у него на животе, на передних лапах и холке. У Йофура же кровь тонкой струйкой сочилась лишь из-под нижней челюсти, так что в бою ему повезло куда больше. Если бы только Лира хоть как-то могла помочь своему другу! Увы, она была бессильна.

А дела Йорека в самом деле были плохи. Он начал хромать. Малейшее движение левой передней лапы вызывало у него сильнейшую боль. Он не мог на нее наступить, но это полбеды. В бою она тоже стала бесполезной, а выпады правой выглядели довольно жалко. По сравнению с прежними сокрушительными ударами они казались вялыми шлепками.

Йофур мгновенно заметил эту перемену в поведении своего врага. Град издевательских насмешек обрушился на голову Йорека: «хромая кляча», «дохлятина», «слюнтяй», «недоносок» и прочие оскорбления сыпались как из рога изобилия и подкреплялись молодецкими ударами справа и слева, которые несчастный медведь-изгой уже не мог парировать. Он начал отступать шаг за шагом, всякий раз пригибаясь к земле все ниже и ниже под напором торжествующего короля панцербьорнов.

Лира ничего не видела от слез. Йорек, ее бесстрашный заступник, ее добрый, храбрый, самый лучший на свете друг, погибал у нее на глазах, но отводить их она не имела права, это было бы равносильно предательству, ведь, случись ему бросить взгляд в ее сторону, он должен увидеть не перекошенное от ужаса лицо, не трусливо втянутую в плечи голову, а сияющие глаза, полные любви и веры.

И она смотрела, смотрела, сколько было сил, но слезы слепили ее, мешая видеть самое важное. Хотя, кто знает, может, не слезы тому виной. Йофур Ракнисон ведь тоже ничего не заметил.

Ему было невдомек, что Йорек шаг за шагом отступает назад с одной-единственной целью: ему нужен сухой, плотно утоптанный участок снега и хороший валун, от которого можно оттолкнуться, как от трамплина. Раненая левая, которую он все время поджимает, на самом деле не искалечена. Это бойцовая лапа, и она ждет своего часа. Истинного панцербьорна провести невозможно, но Йорек знает, что Лире это однажды удалось, потому что владыка Свальбарда перестал быть медведем, он рвется быть человеком, а значит, его можно обмануть. И Йорек все дальше заманивает врага в западню.

Вот наконец он нашел то, что искал: гладкий валун, намертво вмерзший в землю. Он уперся в него пяткой, напружинился и замер, выжидая.

В тот миг, когда Йофур, торжествуя, поднялся на задние лапы и с высоты своего гигантского роста бросил презрительный взгляд на поверженного противника и его искалеченную левую переднюю, Йорек ударил.