Последняя буква Севера. Книга вторая

Рассмеявшись, Джейк крепче сжимает руку вокруг моей талии и склоняется надо мной, а я спиной чувствую, как тяжело вздымается его грудь.

– Готов поспорить, что ты не откажешься повторить.

Ни за что не признаюсь вслух в том, что он прав.

Мои бедра снова вздрагивают, и я втягиваю живот, когда он ведет ладонь вверх, и его пальцы выскальзывают из-под резинки моих спортивных штанов. Оторвав руку от моей талии, Джейк ловит мой подбородок и, приподняв мою голову, дарит нежный поцелуй."

"– Горит, – говорит он сквозь поцелуй.

– Да, именно так я себя чувствую.

Усмехнувшись, Элфорд отрывается от моих губ.

– Кажется, у тебя соус горит, Рамирес.

Соус?

Соус!

И митболы.

– Черт! – шиплю я, отталкиваясь ладонями от порочной столешницы.

Мне удается спасти ужин и отчасти вернуть контроль над своими мыслями и телом. Когда мама заходит в трейлер, то первым делом внимательно оглядывает нас с Джейком, словно пытается прикинуть, не занимались ли мы чем-то, помимо готовки.

– Джейк, как я рада, что ты зашел в гости! – говорит она, снимая куртку.

– Я тоже рад вас видеть, миссис Рамирес, но, к сожалению, мне пора.

– Уже? Может, поужинаешь с нами? – спрашивает мама.

– Рад бы, но у нас собрание группы, заехал ненадолго.

– Я провожу. – Я вытираю руки о полотенце и проскальзываю мимо мамы, которая улыбается так, будто мы выиграли в лотерею.

– Микки, надень куртку.

– Я всего на пару минут.

Возможно, мама была права и стоило надеть куртку, потому что в одной футболке прохладно, ветер забирается под одежду и неприятно скользит по коже, заставляя меня поежиться.

– Напишешь, как прошло собрание? – прошу я, остановившись рядом с машиной Элфорда.

– Конечно. – Джейк вскидывает руку, чтобы я дала ему пять.

Закатив глаза, я отбиваю его ладонь.

– Ты когда-нибудь забудешь об этом?

– Нет. Официально нет.

Усмехнувшись, он притягивает меня к себе и, обхватив мои щеки ладонями, целует так, будто мы стоим не на улице, а находимся вдвоем в комнате. Целует так, что земля под ногами перестает быть твердой и начинает кружиться. И если нас увидит мама, то подумает, что мы не прощаемся, а пытаемся съесть друг друга.

– До завтра, Микаэла, – выдыхает он в мои губы, и я подавляю разочарованный вздох от того, что Джейку действительно пора идти. Почему в сутках не может быть больше часов?

– До завтра.

– На улице холодно, – оставив поцелуй на моем виске, он отстраняется. – Иди, пока не заболела.

Кивнув, я пячусь к дому под пристальным взглядом Джейка. Я знаю, что он не уедет, пока я не зайду в дом, хотя тут идти всего пару шагов.

Как только я закрываю дверь, то встречаю внимательный взгляд мамы.

– Тебе положить двойную порцию? – спрашивает она, щедро поливая пасту соусом.