Север в сердце

- Ты же понимаешь, что они смогут только проверить, только посмотреть издали, или пробраться близко и сразу бежать оттуда, - он готовился к разговору, но сегодня у него не получалось меня успокоить.

- Да, понимаю. Эти люди вышли с факелами прямо на наших охотников, что притаились в лесу, именно они закричали и выдали себя, потому что видели, что шансов у нас не будет, а так, хоть кто-то успеет сбежать.

- А ты вспомни, вспомни, у них только луки были?

- Да я их и не видела, когда я обернулась в последний раз, их еще не было видно из леса, но кто-то из мужчин падал, кто-то держался за руку. Я видела, как Драс упал, но он сначала прошел в нашу сторону пару шагов. И упал.

- Значит, они стреляли из леса. Только, вот, Дар рассказал мне про косулю. За косулями не ходят по пятьдесят человек, Сири. Значит, они перемещались, меняли место. Если это васары, то не похоже на них. Опять же, они по лесам как у себя дома. И с луками у них лучше, чем с топором. Только отчего же их так много? У них станы не больше двадцати человек, они же семьями живут. Внуки уходят собирать свой стан. Братья живут вместе, при них семьи и дети. Лошадей не видела, говоришь?

- Нет, даже не слышала. Проснулись от того, что дежурившие охотники закричали из леса. Они пешком шли. И казалось, что лес от края до края забит людьми с факелами.

Как бы сейчас пригодилась связь! От постов со стороны Сориса не было дыма, говорящего, что поменялась обстановка. Что там с кораблями, которые просто стоят на горизонте? Наверно, уже должны пристать, ведь у них не безграничный запас воды и еды. Наша изоляция сейчас играла с нами злую шутку.

Бор с вызвавшимися в спутники мужчинами вернулись через три недели. Когда в поселке закричали, что приближаются всадники, я словно проснулась от долгого сна, в котором автоматом работала, ела, говорила. Но выбежав на улицу, увидела только троих всадников. Потом поняла, что и так уже не плохо, что вернулись все."

"Бор был худ, под глазами, которые провалились так, что его можно было узнать только по волосам, пролегли тени. Юта не дала его трогать, пока не накормит. Долго шептала над ним, словно над маленьким ребенком, пока они втроем медленно, но жадно ели похлебку. Я всматривалась в его лицо, и пыталась найти там ответы на свои вопросы. Он думал, он ел и думал, все время крутя глазами, словно там, за взглядом у себя в голове, просматривал  снова и снова увиденную картинку, иногда замирал, будто пришла какая-то мысль.

- Мы привязали лошадей перед тем полем, которое вы пересекли к лесу, где остановились. Прошли его ночью. Проползли почти. Утром осмотрели место стоянки и следы в лесу. Их больше пятидесяти человек, и шли они по лесу как гребень – по пять шагов между собой оставляли.