Север в сердце

Мы установили там дозоры, мы сделали дороги между деревнями безопасными, но за пределами могут быть еще более сильные народы, чем харкамы и эти… Амазонки.

- Кто такие «амазонки»? – Юта не донесла ложку до рта.

- Это племена, в которых правят женщины. А здесь, похоже, так оно и есть.

- Народ, которым правят женщины, долго не проживет, - Бор усмехнулся, жуя.

- Может, тогда ты сам поговоришь с ними, и мы пойдем домой, подождем, когда они все тут сами умрут?

- Ты весь разговор ведешь к тому, что женщины все могут сами, и могут даже построить город? – он снова усмехался, и теперь я видела, как закипает Юта, косясь на отца.

- Если не жалеть твоего самолюбия, Бор, и говорить честно, то, когда я к вам пришла, вы жили в похожих домах! – я начинала заводиться из-за его шовинизма. Я долго сдерживалась, когда эта тема возникала, благо, Драс был гибким, умным.

- «Пришла»? – он посмотрел на меня исподлобья, и я поняла, что не подумала.

- Когда вышла замуж за Брана…

- Но вы тоже жили в таких, Сири. Твои родители, их родители.

- А почему? Ты не думал? Сейчас лучше?

- Лучше, - он ответил, как отрезал."

"- Знаешь почему? Потому что иногда стоит слушать, что говорят женщины. Хотя бы слушать! – этот разговор нужно было заканчивать. – Бор, они пока говорят со мной, ну и пусть говорят. Нам нужно быстрее выпутаться из этого, потому что мы не знаем что с Драсом, Браном и Гором. Мы все волнуемся, и мы нужны им. Ругань сейчас нас не спасет, прошу тебя, только не начинай здесь бунтовать против их строя. Просто смотри и слушай. И относись уважительно к ним – так у нас больше шансов быть понятыми, - я доскребла ложкой дно миски, поставила посуду на стол и вышла из дома.

Глава 42

Бора поселили в другой хижине, мы не знали где и с кем, просто вечером пришла девушка и увела его, сказав, что спать он будет не здесь. Вечером к нам пришла женщина, что говорила с нами по приходу. Она пришла одна:

- Я Манура. Я правлю этим станом, Сири. Я осталась вместо моего мужа, который погиб несколько холодов назад. Его убили васары, которых стало очень много – они приходили и приходили ночами, и поджигали наши дома. Они хотели, чтобы мы отдавали им еду, отдавали лодки. Я всегда была с ним. И когда его убили, не кому было взять на себя слово, - она подозвала меня за стол.

- Мне жаль, Манура. Ваши мужчины погибли от васаров? А дети? Почему в поселке совсем нет детей? Когда нас привели, я не видела ни одного. Видела детей лет двенадцати, а младшие где? – я знала, что здесь что-то не так, и боялась этого ответа. Я не хотела узнать, что они продавали или отдавали их васарам.

- Давно не рождаются дети. Женщины начинают носить дитя, но быстро скидывают. Мы пробовали держать женщин в постели, но ничего не помогало. Это проклятие, Сири.