Сестрички не промах

Несчастная Мышильда вскочила и увидела, как жуткого вида усач на приличной скорости появился из рукава ее платья. Закатив красные глазки, сестрица незамедлительно рухнула на ступеньки, к моему глубокому удовлетворению. Правда, за удовольствие видеть поверженную Мышильду пришлось заплатить: часа четыре я простояла в чулане, без всякого любопытства разглядывая угол.

Итак, отважная Мышильда, подмигнув мне, шагнула в темноту и тут же вскрикнула. Я выбросила вперед руку и успела ухватить ее за футболку, чем спасла сестрицу от падения.

— Вроде там ступенька, — виновато сказала она, а я сунула ей фонарь и наставительно заметила:

— Спешить нам некуда.

Луч фонаря высветил каменную кладку потолка. Место, куда мы попали, совершенно не походило на подпол, скорее на подземный ход. Довольно широкий возле двери, он резко сужался и терялся в темноте. С удовлетворением я отметила, что подземный ход, или подвал, или что бы там ни было, строили люди с понятием: я вполне могла стоять здесь в полный рост.

— Надо закрыть дверь, — напомнила я Мышильде. — Посвети, здесь где-нибудь должно быть приспособление.

Приспособление мы так и не нашли, зато могли похвастаться находкой покруче. Луч фонаря высветил стену, скользнул вниз, и мы увидели источник жуткого могильного запаха. На полу, лицом вниз, лежал человек, точнее, то, что от него осталось.

— Господи, спаси и помилуй, — ахнула я, ища глазами угол, глядя на который могла бы перекреститься. Углы тонули в темноте, и я осенила себя крестным знамением, глядя на свой пупок.

— Да закрой дверь-то, — прошипела Мышь.

Наплевав на рычаги, я ухватилась за дверь и кое-как прикрыла ее. Мышильда склонилась над трупом, осветив его фонарем. Зрелище, скажу я вам, было крайне неприятное. Для меня. Захотелось на свежий воздух, однако сестрица присела на корточки и с энтузиазмом продолжила изучение, а ударить перед худосочной Мышильдой в грязь лицом мне не хотелось, оттого я тоже присела, но старалась смотреть куда угодно, только не на труп у своих ног. Точнее, на мумию. До сей поры мумий я не видела, но теперь поняла, что так должна выглядеть мумия.

— Как думаешь, давно он здесь? — спросила я сестрицу. Воображение услужливо рисовало несчастного узника, день за днем медленно умиравшего в каменном мешке.

— Несколько месяцев, — ответила Мышь. — Год или чуть больше.

Тут и я сообразила, что средневековым узником наш труп быть не может, одежда на нем сохранилась очень хорошо, а одет он был в темную футболку, ветровку, черные джинсы и кроссовки «Пума».

— Это что же выходит? — возмутилась я. — Кто-то нам свинью подложил, сунув труп в наш подвал?

— Дай-ка перчатки, — деловито сказала Мышильда. С уважением к ее отваге и даже с некоторой фамильной гордостью я протянула ей резиновые перчатки.