Сводная сестра для мажора

 — Наоборот… не было у нас ничего! Да и откуда мне знать зачем? Нравится, наверное, ему доводить меня. Как и тебе!

Чернов хмыкает и продолжает сверлить меня внимательным взглядом. Словно хочет понять, вру я ему или нет. Мне хочется закатить глаза и уйти в свою комнату. Закрыться на замок и, возможно, пореветь, а не рассказывать и переживать унижение заново.

Он думает, это так легко? Открываться ему? Он мне даже не друг. Он… я не знаю, кто он мне.

Пауза затягивается.

Миша заглядывает в пакет с продуктами, который я принесла ранее, и кривится, вскидывая на меня глаза:

— Опять овсянка? Ты издеваешься? У нас её и так запас на маленькую голодную африканскую деревню.

Хватаюсь за эту соломинку, брошенную им, чтобы немного перевести тему и собраться с мыслями.

Неужели он считает, что я вывалю на него вот так сразу все свои секреты? Я стыжусь этой темы. Может, для кого-то и пустяк, когда тебя снимают в неглиже и неадеквате, а потом делают рассылку по знакомым вирусным видео. Кто-то может быть даже зарабатывает таким образом, не смею осуждать, у каждого свой выбор. Мне же стыдно и горько, потому что всё, что попадает в интернет, остается там навсегда. Можно удалить это видео со всех известных и доступных серверов, отобрать телефон и почистить оригинал у Глеба… но оно уже было там, во Всемирной паутине и, возможно, всплывёт ещё раз. Когда-нибудь у меня будут дети, вдруг они наткнутся на это?

Меня передёргивает от отвращения к самой себе. Оттолкнувшись от косяка, прохожу в кухню и останавливаюсь около Чернова.

Он смотрит на меня исподлобья, уперевшись локтями в колени и расположив на сцепленных в замок руках свой подбородок.

— Это полезная еда, — свожу брови в одну линию и забираю у него пакеты. — И ты её тоже ел. Я заметила пропажу в холодильнике!

— У меня не было другого выбора. Как хорошо, что я додумался заказать нам вок. Твоя порция с креветками, а то с твоими салатами и кашами можно стать ослом, — говорит Миша, кивая на большой пакет из азиатского ресторана, который находится через улицу от нашего дома.

Я там никогда не была. Жест вроде и галантный… но…

— Козлом, — бурчу себе под нос, распихивая продукты по шкафчикам и открывая холодильник.

Миша тихо подкрадывается сзади и кладет руки мне на плечи, останавливая мои суетливые и немного резкие движения.

Замираю и шумно выдыхаю, когда он склоняет голову к моему уху, предварительно перекинув волосы на другую сторону. Чувствительной кожи за ушком касается чужое горячее дыхание.

Не моргая смотрю на лампочку в холодильнике и медленно кладу на полку пучок петрушки."

"У меня до сих пор тахикардия и постоянно хочется облизывать губы. Ещё никогда в жизни никто не использовал поцелуи как способ меня успокоить. А именно это и сделал Чернов в ванной.