Дом сестер

Аделина была воплощением недовольства. Ее сильно раздражало, что бедная маленькая Вики опять страдает. Да и судьба Марджори, похоже, тоже ее занимала. «До меня же, — рассерженно подумала Фрэнсис, — никому нет дела!»

— Я буду в столовой, — сказала она. — Мне надо заняться бухгалтерией, потому что именно мне вверено руководство фермой, и я не могу посвящать столько времени семейным драмам."

"Она заняла комнату на весь день — разложила на столе бумаги, книги и журналы и вынудила остальных обедать в кухне. Сама же так и не появилась, полностью погрузившись в работу, и лишь несколько раз просила Аделину приготовить ей кофе. При этом даже ни разу не подняла глаз, когда старая женщина с подносом в руках входила в столовую. На улице беспрерывно шел дождь. Гроза, прошедшая накануне, покончила с продолжавшейся целую неделю духотой. Через открытые окна в комнату струился свежий влажный воздух.

Ближе к вечеру появилась Лора с распухшими от слез глазами. Она страдала от чувства раздвоенности, так как, с одной стороны, считала, что должна уехать вместе с Марджори, а с другой — сходила с ума от страха, что расстанется с Уэстхиллом.

— Фрэнсис, вы не могли бы еще раз поговорить с ней по-хорошему? — попросила она. — Марджори уже укладывает свои вещи. Она моя младшая сестра, и я не могу бросить ее на произвол судьбы.

— Она не такая беспомощная, как ты думаешь, — сказала Фрэнсис. — Она прекрасно справляется. И ей с самого начала здесь не нравилось. Возможно, ей будет гораздо лучше в каком-то другом месте.

— Я ее не понимаю! Ведь этот дом — единственная родина, которая у нас есть!

— Это ты так воспринимаешь, Лора. Марджори никогда так не считала.

— Вы очень на нее разозлились, да?

— Ах, Лора… сейчас речь совсем не об этом. — Фрэнсис отложила в сторону карандаш и потерла глаза, которые резало от перенапряжения. — Конечно, я на нее зла. Но прежде всего я боюсь, что может случиться еще что-нибудь, если я уговорю ее остаться. Марджори с самого начала была настроена против Уэстхилла. Я не знаю, почему, но она никогда не хотела здесь жить, и ее злоба была направлена против нас всех. Все это не имеет никакого смысла. В конце концов, человека нельзя заставить делать что-то, чего он не хочет, а если все же попытаться — то все для всех пойдет наперекосяк. Марджори не один раз грозилась убежать, в последний раз — сегодня утром. Возможно, она это сделает. И что будет тогда? Просто… — Фрэнсис откинулась на спинку стула, — просто у меня больше нет никакого желания постоянно думать о том, что произойдет дальше. Эта ответственность для меня слишком велика. Попытайся это понять.

Лора, кивнув, вытерла тыльной стороной руки слезы.

— Но я ведь могу остаться? — спросила она еще раз.

— Это не вопрос. Разумеется.